Клара в ужасе смотрела как грозная фигура Феликса отдаляется от нее. Что за чушь он несет. Девушка невольно скользнула взглядом по его животу и ширинке. Член так сильно выпирал, что готов был прорвать ткань брюк. Как же не хочет?! Да он мечтает о ней.
Что она сделала не так? Неужели ее слезы так разозлили его...
Клара вспомнила, что у нее еще где то в глубине души осталась капля гордости. Девушка медленно сползла с кровати на пол. Феликс отвернулся к окну и всматривался в бушующее море.
Девушка, которую он желал больше всего, находилась с ним в одной комнате. Почему он выгонял ее так грубо? Почему хотел оскорбить так сильно.
Страх вспыхнувших чувств, того, что он не достоин ее. Его душа должна гореть в аду за все унесенные жизни. Он не имеет право на счастье, он не имеет право любить, и он не имеет право быть любимым...
Клара медленно подняла блузку, кое как одела ее. Затем подошла к шубе и сгребла ее в охапку. В темноте она нащупала возле входа сумочку. Все, она может уйти, сбежать от Феликса. Он больше не побежит за ней, не затянет к себе в номер и не будет пытаться взять ее. Девушка это поняла, она от него свободна.
- Ты не такой плохой, как хочешь казаться. Прости, что испортила нам вечер,- почему то именна эта фраза пришла ей на ум на прощание. Прежде чем подумать над ее смыслом, Клара уже выпалила эти слова. Феликс вздрогнул, будто ее слова достигли цели. Он не хотел оборачиваться. Он никак не желал осознать, что давно влюблен в Клару Клико. Своей ненормальной и больной любовью. Он еще наивно полагал, что его выдержка и самодисциплина, помогут справиться с этим незнакомым чувством. Он интуитивно решил, что должен отпустить Клару навсегда.
Феликс обернулся только когда хлопнула дверь. Этот гулкий звук вывел его из оцепенения. И он медленно пошел в душ. Ему сейчас поможет только ледянная вода...
***
Никто никогда не любил Феликса, даже не относился к нему хорошо. Маму он совсем не помнил. Она ушла когда ему было около трех лет. Зато отец, сущий монстр. Он бил его всегда. Феликсу казалось, что после ухода мамы он сразу начал получать. Отец планомерно скатывался в пучину зависимостей и разврата.
Одинокие женщины, алкоголички и наркоманки, часто приходили в их квартиру. Они употребляли с его отцом запрещенные препараты, предавались пошлым оргиям, свидетелем которых становился он, еще совсем ребенком. Отец трезвел и приходил в ярость, мужчина избивал сына до полусмерти. Он наказывал его за любую провинность, за немытую посуду, разбросанные выщи и просто за его существование.
Ребенок даже не задавался вопросом - за что. Он просто каждый день молился, чтоб его били не так сильно и долго.
Были дни, когда отцу удавалось что то украсть, раздобыть денег. Тогда целые недели кайфа его раздабривали. Он забывал, что нужно издеваться над Феликсом. И тогда мальчик дни напролет мог читать книги или смотреть мультики, интересные передачи. Одной из самых любимых у него стал канал спорта, по которому транслировали тренеровки по боди билдингу. Если бы ему удалось стать сильнее, тогда он подумал, что его никто бы не посмел обидеть...
Чем старше становился Феликс, тем хуже было у отца здоровье. Мальчик же, напротив, все свободное время начал заниматься улучшением своей физической подготовки. Он подсмотрел по телевизору упражнения и начал их выполнять с маниакальным усердием. Его целью стало стать сильнее и не давать себя в обиду. Он делал по сотне приседаний, скручиваний, отжиманий. Отца его возня жутко злила.
Денег совсем не было и в один ужасный день, тот окончательно сорвался. В ломке он бегал за сыном с ножом и угрожал, если он не найдет ему очередную дозу, то он убьет его. Феликс пообещал помочь отцу и отправился к знакомым наркодиллерам. Он часто ходил за дозой, его хорошо знали в этих кругах. Последнее время он стал выше и сильнее. Выглядел старше, никак не на десять-одиннадцать. Торгаши начали подкидывать ему работенку. Принести, расфасовать, перевесить белый порошок. И Феликс с готовностью выполнял любую работу, за которую его отцу давали наркоту. Вот и в тот день, он отправился по знакомым меткам.
Никого не было из знакомых. Новые барыги в долг, еще и мальчишке, не хотели давать. Наконец, в дальнем проходном дворе, в квартире на первом этаже, где обычно варили ширку, он нашел кориша отца. Тот был под кайфом. Феликс зашел незамеченным, так как в тот вечер у него никого не было в гостях. Мужчина промычал что то нечленораздельное, вероятно приветствие, и дальше откинулся в подушки на диване. Ему было хорошо, зрачков почти не видно.