Гиацинта расправила плечи.
- Элли, мы точно знаем об Основателе только одно: он, или она, дьявольски хитер. В докторе Бордо, возможно, и в самом деле есть нечто дьявольское, но хитрости в нем ни на грош. Иначе он сумел бы отправить в мир иной десяток старушек, не возбуждая пересудов и слухов.
- Его никогда не привлекали к суду, - напомнила я.
- А вдруг он ни в чем и не повинен? Женщины, оставившие ему свои деньги, могли сделать это по доброй воле. Незаслуженно порочная репутация плохо вяжется с дьявольским умом, не так ли?
Гиацинта захлопнула свой зеленый гроссбух и положила его на стол. Сердце мое бешено стучало, ладони стали липкими, словно кто-то вымазал их клеем. Сестры собирались с духом, чтобы воззвать к благородству моей натуры. Сейчас они попросят рискнуть самым дорогим, что у меня есть... Ухватившись за первую попавшуюся мысль, я быстро спросила:
- А как насчет мисс Глэдис Шип? Разве она не под подозрением, как и все остальные? - Дверь гостиной приотворилась и вновь закрылась. Я услышала нерешительное покашливание Страша, но продолжала говорить: - "Девственные дебри", книга о подавленной женской сексуальности, однозначно утверждает, что...
- А почему бы вам не поговорить с самой мисс Шип? Шея и спина словно одеревенели. Страш подвел мисс Шип и придвинул ей стул. Она робко улыбнулась мне, и я постаралась в ответ приветливо растянуть губы.
- Чаю, мадемуазель? - изысканно прогнусавил Страш.
- Ах, спасибо большое, если вас не затруднит, это было бы очень любезно с вашей стороны, очень вам благодарна...
Когда за дворецким закрылась дверь, мисс Шип поправила очки, подергала скатерть и судорожно сцепила костлявые пальцы.
- Миссис Хаскелл, теперь вы знаете все, поэтому я умоляю вас... если в вашем сердце осталась хоть крупица милосердия... не говорите ничего дражайшему викарию. Он будет потрясен и сломлен горем.
- Полагаю, он ужаснется, - прохрипела я, - узнав, что в его приходе почем зря убивают мужчин...
Примула ласково меня перебила:
- Совершенно верно, дорогая Элли, преподобный Фоксворт может подумать, что его проповеди не возымели должного действия. - Примула похлопала органистку по руке. - Вы ведь помните, Элли, что к расследованию нас привлекла особа, лично пострадавшая от безвременных смертей мужчин в данной местности?
- Разумеется, - с легким раздражением ответила я. - Вы ее еще назвали Другой Женщиной... - Я встретилась взглядом с мисс Шип. Выпученные глаза органистки расплывались за стеклами. Она залилась румянцем.
- Боюсь, миссис Хаскелл, вы сейчас на нее смотрите. Могу ли я надеяться, что вы, обычная женщина, с чистой душой и чистыми помыслами, поймете терзания той, что родилась с животным магнетизмом, с неким мускусом, который приманивает мужчин против их - и моей - воли?.. Вот почему я не вышла замуж, - она отерла пот со лба, - хотя даже не помню, сколько предложений руки и сердца мне делали. Я слишком хорошо знаю, что не в силах ограничиться страстью лишь одного мужчины. Остальные представители сильной половины рода человеческого мне просто этого не позволят. А разве наш дорогой викарий не повторяет с амвона снова и снова, что бесценный Божий дар надо использовать на благо нашим ближним?
Она так яростно ломала руки, что мне померещилось: от них вот-вот полетят щепки. Ну и нахалка! Говорить о браке как о беспросветном убожестве. И все же... разве не проснулся Бен в нашу брачную ночь с именем мисс Шип на устах? И ты, Брут... то есть Джонас! Старикан как-то сказал, что покрывается испариной всякий раз, когда он смотрит на мисс Шип.
- Неужто вы ничего не подозревали, миссис Хаскелл? - Мисс Шип скорбно потупила взор. - Вернон Шиззи - упокой, Господи, его душу - никак не хотел оставить меня в покое. На вашей свадьбе он отправился наверх за мной следом. После того как мы... насладились друг другом, он уговорил меня сыграть на клавесине, и я так увлеклась, что не заметила, как его парик свалился... Лишь ваш кот привел меня в чувство, он набросился на парик бедняжки Вернона, словно это была крыса! Тут вошли вы, и Верной спрятался под одеялом. Гиацинта перелистывала зелёный блокнот.
- Мистер Верной Шиззи совершил фатальную ошибку, попросив у жены развода, чтобы жениться на другой женщине.
- Мои мужчины, благослови их Бог, - мисс Шип прикрыла глаза, - всегда слишком уважали меня, чтобы открывать мое имя кому бы то ни было, но смутные подозрения все равно зародились... - Голос ее прервался, мисс Шип вцепилась в край стола. - Я слышала сплетни, чудовищные, ни на чем не основанные сплетни, будто у меня роман с джентльменом, которого... хотя я никогда не питала к нему отвращения, не то что некоторые... которого я никогда не пыталась представить себе... голым.
Примула целомудренно смежила веки.
- Элли, - вмешалась Гиацинта, - мисс Шип говорит про Чарльза Делакорта. Возможно, у него была интрижка с какой-то неизвестной дамой, а мисс Шип он использовал в качестве ширмы. Но что, если его единственным грехом был неприятный характер?.. - Она сделала многозначительную паузу. Чутье подсказывает мне: мы столкнулись с убийством, которое выбивается из ряда себе подобных. Другими словами, причина, по которой миссис Делакорт желала овдоветь, могла отличаться от мотивов других членов клуба.
Я пыталась схватиться за сиденье стула, но ладони соскальзывали.
- Вы заподозрили Анну в заказном убийстве, потому что я упомянула о ее чувствах к Лайонелу? Но одно с другим не стыкуется! - ринулась я на защиту подруги.
Сестры согласно кивали головами, а глаза Глэдис Шип за стеклами очков казались шляпками грибов.
- Наяда мешает, да? - Гиацинта встала, прошлась по комнате, снова села. - Это серьезная помеха, но Анна могла сделать ставку на трагическое обаяние безутешной вдовы. "Цветам-Детективам" не остается ничего другого, как уповать на то, что верность клубу у миссис Делакорт чуть слабее, чем у остальных вдов. И если к ней обратится кто-нибудь из близких, то...
Гиацинта сделала многозначительную паузу. Я закончила за нее:
- ...то сможет внедриться в клуб! - Книга Эдвина Дигби, которую я машинально ухватила, обожгла мне пальцы, словно была раскалена добела. - Я не могу... Не могу позвонить Анне и сказать: знаете, меня только что осенило, как много у нас общего, оказывается, я тоже хочу прикончить своего мужа. А если что-нибудь пойдет не по плану? Если я зайду так далеко, что мы не сможем остановить ход событий?
Жесткая решимость в глазах Примулы очень не шла к ее розовым бантикам и часикам с Микки-Маусом.
- Элли, здесь убивают людей. Вы сможете с этим жить?
- Но я вовсе не уверена, что их убивают, - огрызнулась я.
- Тогда, моя дорогая, не случится ничего страшного, если вы просто поболтаете с Анной о вашем несчастном браке, о том, как вы отчаянно ищете выход.
Я молчала. Все слова куда-то вдруг подевались. Тогда я раскрыла "Веселых вдовушек" и продолжила чтение с той строки, на которой остановилась:
"Героиней нового романа становится глупенькая женщина, которая в конце концов получает по заслугам..."
Глава XX
- А теперь, моя дорогая Элли, - объявила Примула, - пора назначить возлюбленную для Бена. Не забывайте, что в соответствии с требованиями Вдовьего Клуба вы должны обвинить его в поведении, недостойном женатого джентльмена.
Лицо мисс Шип пошло красными пятнами.
- Готова послужить общему делу! Так сказать, по зову долга...
Улыбка Гиацинты пригвоздила мисс Шип к стулу.
- Несомненно, идеальная кандидатура - кузина Ванесса. Ее интерес к викарию можно легко представить хитрой уловкой. Кстати, Элли, прежде чем звонить миссис Делакорт и просить ее представить вас членам клуба, рекомендую выждать несколько дней для приличия. Может быть, в эти дни вам подкрепить силы сбалансированным питанием?
Мисс Шип что-то одобрительно чирикнула. Ко всем прочим недостаткам она наверняка ела как слон и при этом не набирала вес.
* * *
Далеко за полночь, после марафонской беседы с сестрами Трамвелл, я прокралась в Мерлин-корт, аки тать в нощи.