- Пожалуйста, подождите минутку! Мне нужно кое-что забрать из сумочки Анны! - Я попыталась отклеиться от кресла.
- Голубушка, ну конечно! - засуетилась Примула. - Письмо к Доброй Надежде! Мы с Гиацинтой как раз собирались вам сказать, что Добрая Надежда - не кто иной, как мистер Эдвин Дигби, который под прикрытием женского псевдонима...
- Потом разберемся! - отрезала Гиацинта, но Примула уже разогналась:
- Страш подтвердил подозрения, возникшие у вас, Элли, когда вы увидели в машинке мистера Дигби ту страничку. Стиль ее весьма напоминал колонку добрых советов. Когда миссис Мэллой пришла в "Гусятницу", она упомянула, что однажды видела, как мистер Дигби вошел... - Тут Примула запнулась. ...в мужской туалет. Миссис Мэллой все время намекала, что должна держать рот на замке, значит, она видела мистера Дигби не в "Темной лошадке". А как-то раз миссис Мэллой обмолвилась, что моет туалеты в редакции "Оратор дейли" и знает, кто скрывается под псевдонимом Добрая Надежда. Я четко излагаю?
- Ты длинно излагаешь! - Гиацинта барабанила пальцами по викторианскому письменному столу. - Надо немедленно разыскать письмо, хотя есть вероятность, что миссис Делакорт уже передала его куда следует. Она же могла использовать письмо как предлог для своего визита. Элли, ваш вклад в наше расследование просто грандиозен, и мы приносим наши глубокие извинения за то, что остаток дня вам пришлось потратить в бесплодном ожидании. Когда мы прибыли в отель, нам сообщили, что вы покинули его пять минут назад. Мы тотчас двинулись следом.
- Дорогая, - с упреком заметила Примула, - ты только что утверждала, будто я слишком много говорю. Полиция становится на редкость привередливой, когда дело доходит до вопроса: "Когда вы оказались на месте преступления и нашли тело?" - Примула ласково погладила меня по плечу. - Элли, мы скажем, что вы упали в обморок и нам пришлось приводить вас в чувство. Мы можем позволить себе потратить минуту-другую на поиски сумочки Анны и вашего письма.
- А мы расскажем полиции про Вдовий Клуб?
- Вот уж нет! Подумайте, как будет досадно, если они присоединятся к расследованию на последней стадии, найдут преступника и припишут успех себе! И это после изнурительного дня! Я чуть не плакала от усталости - с утра до вечера мы с Гиацинтой шатались по лондонским магазинам, пока Страш добывал сведения о биографии мистера Дигби. И все впустую! Похоже, что его и зовут-то не Дигби! Кстати, Элли... Наденьте перчатки, голубушка!
* * *
Я бочком прокралась через занавешенный гардинами вход, стараясь не задеть тело Анны. Надо обязательно найти письмо! Если оно попадет в руки полиции, сомневаюсь, что мой брак устоит. Тюремные интерьеры никогда не вызывали у меня восторга. Полиция наверняка исследует меня под микроскопом. На моем счету вторая смерть менее чем за месяц. Сначала муж, потом жена...
Включив свет, я подняла со стула сброшенное пальто Анны. Сумочки под ним не было. Голос Гиацинты ножом пропорол мои нервы: она уже звонила в полицию. На поиски у меня оставалось меньше минуты.
Ирония судьбы: всего лишь полчаса назад я мечтала поговорить с полицией. Воображала, как добродушный детектив похлопает меня по плечу и скажет: "Спасибо, мадам, мы с ребятами немедленно засучим рукава". Увы, труп меняет дело. Теперь, когда мертвая Анна прибита к стене, выражение лица инспектора, выслушивающего мой лепет о Вдовьем Клубе, представлялось мне совершенно иным.
Я должна найти письмо!
Вой сирены чуть не разорвал мои барабанные перепонки, когда черная замшевая сумочка Анны обнаружилась на книжной полке. Дрожащими руками я расстегнула защелку. Расческа, зеркальце, кошелек, чековая книжка. Господи, ну пожалуйста... пальцы мои немели от страха.
Вот! Сложенный листок бумаги! Быстро развернула... Письмо! Я облизала пересохшие губы и сунула листок в рот. Я же всегда утверждала, что проглочу все, что угодно! Выключила свет и кубарем скатилась вниз по лестнице, остервенело орудуя челюстями.
В темном узком коридоре я была не одна - демоны из команды "а-что-если" наступали мне на пятки. Что, если Анна уже упомянула о моем желании стать членом Вдовьего Клуба? Что, если медсестра описала меня доктору Бордо и он понял, кто у него побывал? Что, если я расколюсь на допросе в полиции? Я тихонько раздвинула занавески и заглянула в лавку.
Гиацинта забилась под журнальный столик, Примула влезла на стремянку.
- Ну-ну, леди, - донесся до меня покровительственный мужской голос, вылезайте из укрытия! Вы в полной безопасности.
В одно мгновение тесная лавка оказалась битком набита полицейскими. Сделав отчаянное усилие, я проглотила комок.
* * *
- Ну-с, мы показали себя на высшем уровне, а? - заметила Гиацинта.
Примула припарковала катафалк за углом. Она оделила нас мятными леденцами, уверяя, что они бодрят, Я сунула конфету в рот, надеясь, что мята перебьет вкус бумаги и чернил.
На высшем уровне? Я сползла на пол. Господи, только бы Бен не прошел тут случайно и не увидел меня! Впрочем, ему у лавки Делакортов делать нечего. Кроме того, возможно, он все еще в "Абигайль" - ублажает припозднившихся гурманов. Но момент, когда я должна буду признаться мужу, что провела вечер в обществе трупа и полиции, неумолимо приближался. Бена необходимо подготовить к завтрашнему утру, когда газеты примутся упоенно эксгумировать обстоятельства смерти Чарльза Делакорта.
Инспектор предложил, чтобы о смерти Анны моему мужу сообщили его люди. "На вас в последнее время изрядно свалилось неприятностей, миссис Хаскелл!" Но я отказалась. Расскажу Бену сама, дома. У входа в лавку поставили констебля, вменив ему в обязанность разгонять толпу, которая собралась, как только приехала полиция и "скорая помощь". Констеблю приказали говорить всем, что миссис Делакорт мертва, а касса выпотрошена. Лучше невинная ложь, чем паника среди населения Читтертон-Феллс, а паника неизбежно вспыхнет, если поползут слухи, что по деревушке разгуливает кровожадный маньяк.
- Элли, мне кажется, ваша подавленность объясняется не только убийством миссис Делакорт. - Примула сунула мне еще конфетку. - Расскажите, милочка, что еще случилось.
- Я посетила санаторий "Эдем".
Когда я поведала о своем приключении, Примула в восторге погладила меня по щеке.
- Какая вы отважная! Какая изобретательная! И думать забудьте, будто медсестра помчится к доктору Бордо, не станет она признаваться в собственной глупости. Кроме того, вряд ли она вас хорошенько рассмотрела.
- Меня - возможно, но если запомнила машину...
- Каким это образом? У вашего автомобиля правый бок от "остина", левый от "лендровера", а перед от "бенца"! - Гиацинта вытащила свой гроссбух. Продолжим. Вы говорите, Алиса Спендер упрекала в чем-то доктора Бордо, когда вы заглянули в окно?
- Да... Вы знаете, мне срочно надо попасть домой.
- Нам всем не мешало бы хоть разочек пораньше лечь, Элли, - с упреком в голосе заметила Гиацинта. - Впереди трудные дни. Глупо надеяться, что полиция оставит нас в покое. - Скрипнув карандашом, она сделала еще одну пометку.
Примула старательно застегнула свой жакетик на все пуговки.
- Право, до сих пор мы не допустили ни одного промаха. Вы помните, с каким восхитительным занудством я объясняла милым полицейским, что мы разминулись с Элли, поехали следом за ней и вошли в магазин как раз в тот самый миг, когда она увидела покойницу! - В глазах ее мелькнула искорка, но тут же погасла. - Элли, вы очень подавлены. Неужели вас мучает совесть из-за того, что пришлось немножко солгать инспектору? Когда он спросил вас, не видели ли вы кого-нибудь поблизости от лавки Делакорта...
- Я и в самом деле никого не видела. То есть я видела гуся... гусыню Герцогиню. Она прохаживалась перед антикварной лавкой. Должно быть, мистер Дигби был в "Темной лошадке", а Герцогиня углядела знакомого человека и поспешила к нему через площадь...
- Вы замечательно держались! - похвалила Гиацинта. Серьги-кинжалы угрожающе качнулись.