Ох, как же тогда горели мои глаза. Ох, как же я хотела ответить ей тем же... Чтобы она поняла, как больно мне было в тот момент. Вместо этого я таки нашла, достала несчастный кусок овоща, положила его на стол и... и ушла плакать в свою комнату.
Итак, причина вторая заключается в семейных отношениях.
Именно атмосфера в семье определяет будешь ты проституткой, мафией или мирным жителем. Последний вариант не несёт в себе протеста, который мне был нужен. А для второго варианта я не была такой могущественной. Поэтому я стала шлюхой.
Хотя... это далеко не все причины. Что ещё сподвигло меня продавать своё тело? Пожалуй, вернёмся к началу...
Глава вторая. К истокам
В маленьком провинциальном городишке жила тихая девочка Оля. В послушании ей не было равных. Если родители приказывали убрать за собой игрушки, Оля тот час выполняла чужую волю. Если от нее требовали тишины, Оля практически сразу умолкала. Она, конечно, как и любой ребёнок могла ещё немного покапризничать, но, видя суровый взгляд мамы или папы, тут же слушалась.
Оля была девочкой несмелой. Друзей у неё было мало, а настоящей подругой она и вовсе считала лишь одну девчонку, которая проживала напротив её дома. Инициативы от Оли не исходило. Если та и увлекалась какими-нибудь занятиями, то только благодаря Саше — её лучшей подруге. Хобби (вроде пения или участия в постановках) не очень нравились маленькой Оле. Тем не менее лет до десяти девочка активно принимала участие в театральной жизни клуба их скромного города. Потому что завидовала храброй Александре. И хотела быть такой же.
Саша была полной противоположностью Оли: смелая, шебушная, громкая, прямолинейная и открытая новому опыту, она сметала всё на своём пути. Оле же доставались одни огрызки с обеденного стола Саши. И этим она, честно говоря, довольствоваться не хотела.
Ещё с ранних лет — возможно, когда девочка пошла в школу, — Оля понимала, что не является ровней своим сверстникам. Социальное неравенство было видно за версту. Нет, вы не подумайте, Оля выглядела, как обычный ребёнок. Девочка была одета с иголочки в чистые и выглаженные... тряпки. Её светлые золотистые волосы были аккуратно собраны и завиты. На полных щеках красовался румянец, а мягенькое тело было довольно упитанным. Никто бы не сказал, что девочка живёт в бедности. Но затравленный взгляд Оли выдавал неблагополучие её семьи.
Пока Саша требовала у родителей новый телефон, Оля мечтала о том, чтобы её папа пришёл домой трезвым. Но это случалось крайне редко. Обычно вечера Оли проходили в криках и склоках родителей. Единственной отдушиной в этой ситуации выступал её брат, который успокаивал свою младшую сестрёнку. Но на самом деле до семейных разборок Игорю — брату Оли, — не было дела. Паренёк поскорее уходил из дома к друзьям, чтобы не погружаться в тот мрак, которым уже была пропитана Оля.
Она бы тоже хотела уметь так, как делал Игорь. Но ей уходить было некуда. Во-первых, Оленька была намного младше Игоря — на целых шесть лет. Такого маленького ребенка навряд ли отпустили бы к чужим людям. Во-вторых, у неё был узкий круг общения, а потому даже заночевать где-нибудь в безопасности она не могла. Поэтому, закрывая уши подушками, Оля засыпала под ворчание отца, крики и слёзы матери.
В целом такие вечера были частыми, но пластичная психика ребёнка легко адаптировалась к выходкам родителей. Однако девочку ждали другие потрясения. И приходили они в лице её выпивших родственников — младших братьев матери. То есть дяди Коли и дяди Вити.
И вот тогда Оля напрягалась что есть сил. Потому что терпеть несколько пьяных тел маленький ребёнок не желал. Но никто не спрашивал Олю, поэтому она мирилась с такой участью.
— Мышь, я тебя люблю. — говорил ей дядя Коля. А Мышь, то есть Оля верила ему. Знала бы Оленька, сколько боли принесёт ей этот человек... Впрочем как и многие другие.
Но уже ближе к подростковому возрасту Оля смирится с мыслью о том, что её предают. И именно с этого момента девушка изменится.
Скромная Оля вырастет. И станет взрослой блядью.
Глава третья. В логово к незнакомцу
Это был волнительный день — я собиралась на своё первое в жизни официальное свидание. Да, в свои двадцать лет я никогда не была на романтической встрече с каким-нибудь молодым человеком. Конечно, у меня были отношения или, если точнее, их суррогат... Подростковая влюбленность, связи на расстоянии. Но до сексуального контакта не доходило. Мне была даже незнакома тактильная связь в виде глубоких поцелуев и долгих объятий.