— Да, нехорошо. Так что, если Женевьева появится, пожалуйста, держи ее подальше от Минетты.
— Поняла. — Ее челюсть решительно выпятилась. — Она и близко не подойдет к Минетте.
Он мог доверить ей охрану детеныша. Это знание было ободряющим — и смиряющим.
— Спасибо.
Ее улыбка была теплой, когда она отстегнула ремень безопасности и открыла дверь.
— Держись, бард. — Он наклонился вперед и положил руку на ее затылок. Ее шелковистые волосы скользнули сквозь его пальцы.
Ее глаза расширились, когда он коснулся ее губ своими, и, соблазненный ее ароматом, углубил поцелуй. Ее рот раскрылся под его губами, и он нежно поддразнил ее, заставляя ответить, чувствуя, как тает ее сопротивление.
Но когда он попытался придвинуться ближе, ремень безопасности остановил его. Придя в себя — какая жалость! — он усмехнулся и поднял голову, чтобы заглянуть в очаровательные карие глаза.
Она уставилась на него, явно ошеломленная, и он легонько поцеловал ее. Черт возьми, она была милой. То, как она реагировала на него, заставило его проявить больше самообладания, чем ему требовалось в течение многих лет.
— Я бы обвинил предстоящее Собрание в том, что оно разожгло мои гормоны, но, медвежонок, даже если бы было темнолуние, я все равно поцеловал бы тебя.
Ее ответом было легкое волнение.
— Ох. — Она покачала головой, словно пытаясь прийти в себя, и осторожно посмотрела на него. Возможно, он и волновался, но от открытой двери до него донесся ее запах.
Заинтересованный.
Достаточно хорошо.
— Сегодня на Собрании мы с Беном найдем тебя. — Заполучим тебя. От уверенности в его голосе лицо Эммы залилось румянцем самого красивого персикового оттенка.
— Хм… верно. — Она прикусила нижнюю губу. Когда в ее запахе появились нотки беспокойства и страха, его сердце чуть не разбилось.
— Эмма. — Он провел пальцем по ее нижней губе. — Мы будем осторожны с тобой. Если тебе что — то не понравится, просто скажи «нет». Даже если ты решишь, что мы тебе не нужны.
— Просто сказать «нет»? — Эмма удивленно уставилась на Райдера. — Я могу от чего — то отказаться? На Собрании?
Его озадаченный взгляд был… обнадеживающим.
— Конечно. Или в любое другое время. Предполагается, что спаривание доставляет удовольствие всем участникам — иначе какой в этом смысл? — Его брови сошлись на переносице. — На скольких Собраниях ты побывала?
Не в силах больше отвечать на вопросы, она притворилась, что не расслышала вопроса, закрыла дверь и поспешила в таверну.
Вместо того, чтобы надавить на нее, он завел внедорожник и уехал, быстро помахав рукой.
Значит, все в порядке. Он не рассердился.
Она не хотела, чтобы он сердился, потому что все в ней трепетало при мысли о том, чтобы быть с ним и Беном.
Сегодня. Собрание начиналось, когда всходила луна, и заканчивалось, когда она садилась.
В таверне дочь Калума выбирала песни из музыкального автомата. Поздоровавшись с ней, Эмма прошла по заднему коридору и через портальную комнату с хорошо замаскированной дверью в пещеры внизу.
В пещере было прохладно и темно. Маленькие закутки были заполнены одеждой оборотней, которые превратились в животных и бродили по лесам.
Но ей нужно было остаться человеком. Выйдя из пещеры, она остановилась, прислушиваясь, затем пошла по тропе в направлении звуков людей.
— Привет, Эмма. — Бри стояла на южной стороне залитой солнцем поляны, где был сооружен стол из расщепленных бревен, скрепленных вместе и установленных на пнях. Над ее головой на ветке покачивалась древесная фея, с подозрением наблюдая за происходящим.
— Чем я могу помочь? — спросила Эмма. Вокруг суетилось с полдюжины человек, и все они выглядели так, словно знали, что делают. — На территории, откуда я прибыла, не было официальных празднований Белтейна. Вы сказали, что семьи и дети будут присутствовать на этом Собрании? Не только одинокие самцы и самки?
— Ты правильно поняла. Те, кто хочет спариться, уйдут дальше в лес, а семьи останутся здесь. На самом деле, большинство из тех, у кого есть дети, уезжают, пока не стало слишком поздно. А утром все приходят на праздничный завтрак.
— Наш Козантир одновременно традиционен и современен. — Шей подошел к Брианне сзади, обнял ее за талию и стащил печенье с тарелки, которую она только что поставила. — Некоторые территории празднуют Белтейн в течение дня, некоторые делают несколько большее Собрание, некоторые празднуют традиционно, как Колд — Крик. До сих пор ни одно сообщество даонаинов не закрепило за Белтейном какой — то определенный день в календаре. Только у людей может быть такая наглость.