— Я все узнала. В Китае это будет стоить вдвое дешевле. Миша, я лечу через десять дней. До тех пор приготовь мне диски.
— Замечательно! — возликовал Бумчик. — А я за десять дней достану пленку «Кодак» с соответствующей маркировкой. Они, черти, меняют маркировку каждые лет двадцать. Пленка должна пройти экспертизу на соответствие периоду.
Мишка попытался остановить охватившую присутствующих авантюрную лихорадку.
— Подождите вы! Ничего у нас не получится. Ведь возникает другой вопрос. На каком таком чердаке валялся этот шедевр? Я уехал из Советского Союза подростком. Где я нашел эту, как вы говорите, картину Рембрандта? Какова легенда?
— А ты у меня его нашел. Я, скажем, вывез банки с кинопленкой, а они оказались не пустыми, а с материалом.
— Чушь! Как ты мог провезти такой материал? Взяток на таможне тогда не брали. Да, и когда ты уехал–то? В семидесятых? Вывез фильм до того, как его сняли?
— Начнем с того, что приехал я в восемьдесят втором. Провез чистые бобины, и никто их не отсматривал. Они у меня до сих пор хранятся. Но телекинопреобразователь со «Свемой» работать не сможет, только с «Кодаком».
— Это что же выходит? — взвилась Катерина. — Получается, что снимал фильм не то Тарковский, не то Бондарчук. Вывез Чистопольский. А где же тут Мишка?
— Катя, успокойся ты ради бога. Мишка получит деньги. — успокоил ее Натик.
— А слава?
— Катя, успокойся. Деньги могут заменить любую славу.
Не слава, а возможность показать фильм широкому зрителю привлекла Мишку в этой безумной затее.
Проснулся Аракел и сварил всем кофе. Разговор перешел на другую тему и на другой язык, но пятерка заговорщиков уже объединилась в своем замысле выдать псевдофильм за шедевр советских времен. Гасли звезды. Паломники со свечами заполняли Муристан в ожидании схождения благодатного огня. С ними заполняла Старый Город иерусалимская полиция, пешая и конная. Страсти на Голгофе продолжались.
Готово дело!
Все прошло, как по маслу. Будто сам Воланд помогал. Бумчик достал в каких–то хранилищах чистый тридцатипятимииллиметровый «Кодак» семьдесят восьмого года. Евгения Марковна выполнила свою миссию в Китае. На Чанчуньской киностудии нашелся нужный прибор, нашлись и люди, которые разрешили принять частный заказ от иностранки. Деньги Натик перевел вовремя, и вот они стали обладателями банок с фильмом. Теперь засобирались в дорогу Катерина и Мишка, который не хотел пускать дело на самотек.
Катя решила действовать через мужа Фелишии. Никаких европейских светских событий пока не намечалось. Пришлось ей просто вызвать его в Милан. Когда–то он дал ей свою визитку. Она пользовалась его связями и сливала их Орлову, но никогда не обращалась к самому Гарри Билдбергу. И вот теперь час настал.
— Простите, что беспокою. Мне кажется, что я могу заинтересовать вас кое–чем, что я не хотела бы называть по телефону. Мы можем встретиться через неделю в Милане, в доме Фелишии? — ни жива, ни мертва, бормотала она в трубку.
Трубка откликнулась неожиданно приветливо, с готовностью встретиться и помочь.
Для обсуждения деталей продажи собрались у Мишки. Натик с Гаей опоздали. При появлении Гаи Мишка пытался перейти на иврит, но его не поддержали. Орали по–русски.
Решено было везти и пленку, и диск. Долго рядили, сколько просить денег. Спорили, заинтересуется ли вообще Америка в лице мистера Билдберга советским кинофильмом. Тут Бумчика Чистопольского прорвало.
— Да вы хоть знаете, что случилось с фантастическими советскими фильмами ранних шестидесятых? Были такие два фильма, «Планета Бурь», режиссера Клушанцева, и «Небо зовет» режиссера Карюкова. Художник–постановщик в обоих был Юрий Павлович Швец. Гениальный был человек! Он ставил еще в тридцать пятом году «Нового Гулливера», который по сей день смотрится живо! Он лично встречался в Калуге с Циолковским, обожал космос. Все его космические сцены стыковок–расстыковок были грубо срисованы в «Звездных войнах». Так вот, эти фильмы оказались в студии Роджера Кормена. Непонятно каким образом. Может быть, тоже кто–то из эмигрантов вывез. Короче, американцы нарезали из них космических и доисторических сцен. В «Планете Бурь» летали птеродактили, бегали динозавры. Еще до «Парка Юрского Периода». Кормен с Копполой настрогали из одного фильма целых три! И все имели успех.
— Это что же, мы продаем фильм, чтобы из него настригли спецэффектов, что ли? — обиделся Мишка. — Ребенка на органы?