— Тебе же сказали — неделя.
— Мне по фиг на ваши договорённости!
— А мне по фиг на твои смешные попытки выбраться, — он намекал, что я пытаюсь выбраться из-под него, но это маловероятно. Разница в размерах значительная. Чувствую его вес — неподъёмный, абсолютный. Я просто копошилась, как мышь.
— Будешь плохо себя вести — перейдём к освоению твоей попки. Или там уже не так девственно?
— Не надо, — честно испугалась. Чувствую, как ледяной холод разливается внутри — от этих слов, от этой угрозы.
— Тоже девственно? — улыбнулся. Вижу, как ямочка появляется на его левой щеке.
Я кивнула.
— Ну значит не зря Олежа стряс с меня бабло, — признал справедливость суммы. Голос довольный, удовлетворённый.
Предыстория. Борис.
Ну Олежа, ну красава, опять девчонку какую-то склеил. Она по ходу уже стоит течёт, пока он там ей уши намыливает. Коридор Универа, свет из окон, запах столовки откуда-то тянет — капуста и компот, фу бля. Но она — нет, она пахнет чем-то цветочным, лёгким, я аж потянул ноздрями, когда мимо проходил.
О, заебунец, уже отвалил, уже с другой чуть ли не сосётся. Пиздец, не понимаю — ему вот не лень? Он же каждой уши намыливает, чуть ли наверное не в ЗАГС зовёт. А сам даже до постели не всегда доводит. Зачем? Ему кайф от самого процесса, что ли? Вот этого обожания в их глазах?
Нет, ну она просто... Офигенная. Волосы такие — пшеничные, что ли, светлые, и глаза — как у этих... лани, что ли? Большие, чуть удивлённые. И фигурка — блин, я аж залип.
— Это кто? — сразу спросил его, как подошёл. Я не часто в их Универе бываю, но тут заехал.
— Кто? — уже он опять успевает глазки кому-то строить — ебать!
— Кому ты сейчас уши в коридоре зассывал? — вот чего он тупит, как будто не очевидно, про кого я спрашиваю. Остальные — ну третий сорт не брак, как говорится.
Глава 9
— А, — обернулся наконец! — Это Мила, я у неё всегда списываю, — довольно ответил. Ну охренеть — списывает. Такую девчонку — списывать. Использует как шпаргалку.
— И?
— Что и?
— Как она?
— Бля, да она девочка. Я списываю, зачем мне отношения портить? У меня успеваемость повысилась!
— Реально? — аж прям удивило. 18? Хотя...
— А лет ей сколько?
— 17 с чем-то, с шести лет в школу пошла. Вундеркинд, прошу любить и жаловать, — стал паясничать Олежа. Он по-другому не может. Всё ему хиханьки.
Он сын дяди Вити, с которым у моего бати бизнес. Батя красава тоже. Мать-то нас бросила с братом на отца. Мол, мало зарабатывает, поедет в Америку, замуж выйдет, будет деньги присылать. Блять. Ну про мать уж не буду плохо. Но обидно, Зин. А батя назло взял и поднялся! С дядей Витей как раз схлестнулись, и попёрло. А она там сидит, жопу старпёру подтирает. Пусть сидит. Скучаю? Да хер его знает. Иногда что-то такое — но быстро проходит.
Люблю Олежу. Как брата почти. Но заебунец — не отнять.
Запала. Прям. Что-то внутри дёрнулось — как током. Потом видели в кинотеатре — с подружками, без парня. Опять поздоровалась с Олежей, тает — прям видно, как щёки розовеют, голосок дрожит. На меня даже не посмотрела. Я мимо прошёл — вообще в упор. Потом опять — в коридоре Олежа над ней навис, бля такое ощущение, что трахнет прям там, а развернулся и пошёл. Прошла мимо меня — вообще взгляд не кинула.
Задело. Зацепило. Заело. И въелось в мозг — а если я первый у неё буду? Вот эта мысль — она как заноза. Ковыряешь, а она глубже уходит. Ложусь спать — думаю об этом. Просыпаюсь — опять. Блять, что за наваждение.
Дядя Витя с женой и батей решили в Тай. Олеже дали загородный дом. И тут как щёлкнуло — вот он, момент.
— Пригласи Милу.
— Зачем? Она поскромнее...
— Пригласи, я сказал.
— О, Борь, запал да?
— Хочу трахнуть, раз девочка, — честно. Ну а что — врать? Олежа-то поймёт. Он сам такой же.
— Слушай, вы же не знакомы даже...
— Организуй мне её на неделю. 200 тысяч.
— Что?
— 200 тысяч, если организуешь.
— Соблазняешь... — и глазки так загорелись. Жадный пиздюк.
— И сам не притрагиваешься до меня, понял?
— Это без проблем, я и не собирался.
Договорились — под конец вечеринки он запрёт в хамаме. Как все разъедутся — я заберу. На вечеринке не подходил, боялся — ляпну что-то, испугается и свалит. Стоял в стороне, курил, смотрел, как она фоткается с какой-то девчонкой, как смеётся, как пьёт шампанское, поморщившись от пузырьков. Боялся, что она увидит, как я на неё пялюсь, и всё поймёт.
С ума сойти, не мог справиться — так сопротивлялась. Не ожидал вообще. Думал — ну попищит немного и всё. А она — всерьёз. Олежа пришёл, возбудил хотя бы — на сухую, да ещё девочку, как вставлять? Утром опять — зажал у раковины, вырывается, Олежа помог, подержал.