- Потому что ты мой друг! - вымученно улыбнувшись, Исаев кладет свою руку мне на плечо и похлопывает по нему. – Потому что в скором времени я намерен все это решить и думаю больше нет смысла скрывать это от тебя. Я доверяю тебе. Я не могу пока рассказать тебе большего. Но, после того как я вернусь из Швейцарии, я обещаю тебе, что все мои тайны будут раскрыты, Шерлок. – смотрит на меня долгим взглядом, пытаясь улыбнуться, но честно говоря, выходит у него это хреново. – Райский, сейчас ты мне нужен, как никогда, друг.
- Я всегда с тобой. Ты же сам знаешь это. Вали давай уже, к своему папочке. Все будет хорошо. И с ней и с клубом, не переживай. – не выдержав больше этого жалкого, потерянного взгляда напротив, поддаюсь немного вперёд и крепко обнимаю своего бро. Он очень нервничает и выглядит очень уставшим, это заметно. Не знаю, какие тайны его ещё мучают, но он обещал, что скоро все расскажет. Надеюсь тогда ему полегчает. А то сейчас он выглядит как ком нервов и это напрягает.
Очередная порция теплых объятий и поцелуйчиков Алисы и Ромы уже проходят не так заметно для меня. Немного отпустило, хотя в груди до сих пор шевелится какой-то червь. Проводив друга до машины и пожелав ему удачи, Исаев ппокидаетнас и свой клуб. Довольно легко оставив меня наедине со всем этим. Нет, обязанности касающиеся клуба меня совершенно не пугают, с этим проблем никаких не должно возникнуть. Меня пугает другое. А точнее другая, что станет неотъемлемой частью моей жизни на целых две недели. Боже, дай мне сил.
Забрав кое какие вещи из собственной машины, возвращаюсь в клуб. И конечно же, новый бармен начинает бесить меня с первой же секунды, как только я переступаю порог. Стоит облокотившись о стойку с широкой белозубой улыбкой и откровенно пускает слюни на девчонку, что сидит ко мне спиной, но я уверен, отвечает ему тем же.
Неспеша подхожу к этой довольной парочки, ели сдерживая порыв сорваться на грубость. Я обещал Исаеву позаботится о его подруге, но кажется был слишком самоуверен. Не прошло и получаса как друг уехал, а меня уже колбасит. Похотливые самцы уже начали атаковать. Так так, Ник, успокойся. Иначе к вечеру тебя уже никакие успокоительные не спасут. А ведь ад настанет именно ночью, когда в этом клубе помимо красавчика бармена будут ещё десятки таких.
- Лиса, идём наверх!- достаточно громко и тоном не терпящий возражений обращаюсь к девушке, что так до сих пор и не заметила моего присутствия. А вот пацаненок все правильно понял. Отталкивается от стойки и сразу же принимается ее натирать. Улыбка все ещё присутствует, но уже не такая откровенная и широкая. Ещё хуже, она больше похожа на насмешку. Я уже говорил, что мне не нравится этот молокосос в фартуке?
- А? Что? Зачем это?- девчонка от неожиданности дёргается, резко обернувшись ко мне лицом. Если в начале на ее лице читалось удивление, то через мгновение оно преображается в недоумение и скепсис.
- Босс дал задание, надо обсудить. Есть возражения?- смотрю на нее строгим взглядом, раздражаясь с каждой секундой все больше. Почему нельзя просто сделать так как говорят?
- Сейчас? – не унимается девчонка, ещё и театрально выгибая свою бровь.
- Нет, через две недели. – я смотрю только на нее. Но это не мешает мне слышать. Этот бессмертный халк в белом фартуке решил, что имеет права смеяться надо мной? Быстро перевожу взгляд на него, испепеляя взглядом. Лучше тебе исчезнуть, вот о чем говорят мои глаза сейчас. И я рад, что супергерой оказался достаточно умным.
- Какая муха тебя укусила? Роль Грозного босса тебе не идёт, сделай лицо попроще. По-жа-луй-ста! Никитос-секси бой!
Лиса совершенно не обратив внимание на мое раздражение, медленно спускается со стула, прихватив с собой стакан с соком и довольная как слон, проходит мимо меня в сторону лестницы.
- Ну пошли, Терминатор! – оглянувшись, смотрит насмешливо. Вот зараза мелкая. Все оказывается намного сложнее, чем я предполагал.
Перед тем как пойти за девчонкой, обращаюсь к бармену.
- Сделай мне кофе пожалуйста! Сладкий!
Стоит нам только оказаться в кабинете Исаева, как с лица Лисы слетают все маски. Оказывается она отменная актриса. Где та храбрость и смелость, что присутствовала между нами там, у бара? И почему она не ухмыляется, так же уверенно и нагло? И вообще, злится тут имею право только я.
Закрываю за собой плотно дверь, продолжая стоять на месте. Даю кошечке пару секунд на передышку. Она пытается скрыть от меня тот факт, что зла. Но ее выдают ее раздувшиеся ноздри и поза. А мне отчего то становится смешно и я не скрывая этого, скалюсь. Упс. Кажется это разозлило ее ещё больше.