Ник так резко встаёт с дивана, что даже не успеваю среагировать и вовремя убрать свою руку. Она безвольно падает на диван, на то самое место, где до сих пор сидел парень. И в этот момент я не почувствовала ничего, кроме страха. Я чётко почувствовала то мгновение, когда Ник слетел с катушек. Ещё секунда и глухой удар в стену разрезает нависшее в воздухе напряжение. Потом ещё и ещё. И все это сопровождается яростными и пропитанными горечью и виной рыками.
- Твою мать! Черт! Черт! Черт! – подскакиваю на месте от неожиданности, прикрыв ладонями свои подрагивающие губы.
Пальцы трясутся. Сердце галопом скачет в груди. В глазах все плывет, но буквально на миг, потом все проясняется. Слезы градом текут по щекам. Мне страшно и больно. Больно за парня, что стоит сейчас у стены, опустив голову и дышит так, словно бежал стометровку. Больно разделять с ним эту боль. Больно чувствовать кожей напряжение его плеч. Больно и страшно осознавать, что ты этому причина. Ведь, не скажи я Зойке об этом, этого всего бы сейчас не происходило.
- Ник, тебе надо успокоиться!- пытаюсь развернуть парня к себе лицом, крепко вцепившись ему в плечо. Но, он ни как не реагирует. Просто мотает головой и издает смешок. Издевательский, злой, отталкивающий.
- Успокоиться? Серьезно? – замолкает на пару мгновений, а потом оттолкнувшись руками от стены, смотрит на меня так, словно готов ударить. Не знаю, откуда во мне столько смелости, но я не сдвигаюсь с места ни на йоту. – Я сейчас пойду и просто раз*ебу его к чертовой матери. Он не имеет права, снова поступать так с нами, со своей семьёй. А потом, потом я возможно успокоюсь и решу, как с этим справиться…- сказав все это, продолжает молча смотреть мне в глаза. Вижу как сжимается его челюсть, как вена на шее вздувается и пульсирует. И опустив наконец взгляд, смотрю на его разодранные в кровь костяшки пальцев и долго не думая, беру его за руку. Это невинное действие заставляет парня пару раз расстерянно моргнуть.
Не знаю, что хотел он мне показать своим этим устрашающим поведением и взглядами, но я должна ни за что на свете, не отпускать его. Не позволить натворить непоправимых ошибок. Я должна помочь, ведь все это из-за меня. И я, к глубокому сожалению, знаю что нужно делать. Как помочь человеку, который оступился и пошел не той дорогой.
- Ты сделаешь только хуже, поверь мне… Давай дождемся утра. Вам надо поговорить, спокойно и на трезвую голову. Обоим.
- Но…
- Он все будет отрицать! И… ты потеряешь его… Послушай, я никому ничего не скажу, Ромке тем более. Мы сами все решим, обещаю… но не сейчас. Сейчас нам пора закрывать клуб и валить домой. Отсыпаться, отмываться и подумать.
Рука, что до сих пор безвольно находилась в плену моих рук, крепко сжимается. А ещё через мгновение, Ник высвобождает ее, что бы переплести наши пальцы и сжать ещё сильнее. Запрокинув голову, смотрю на парня, слегка улыбнувшись, в тот момент, как его лоб медленно соприкасается с моим.
Он сразу же зажмуривается, словно что-то причиняет ему нестерпимую боль, а я так и не смогла закрыть глаза. Продолжаю смотреть и витать где-то далеко в своих мыслях.
Почему-то сейчас вспоминается собственный отец. И те моменты, когда он был хорошим и ласковым. Те редкие дни, когда он не был под кайфом и не издевался над матерью. И сама не заметила, когда безмолвные, соленные слезы вновь покатились из глаз.
- Спасибо,- хриплое, ели слышное маленькое слово, вырывает меня из паутины воспоминаний.
- За что?- так же шёпотом отвечаю, непроизвольно прикоснувшись пальцами свободной руки к губам парня. От этого невинного жеста, оба тяжело сглатываем, погружаясь ненадолго в тишину. В ту самую, где четко распознаются удары сердца и где происходит какой-то перелом. Словно кто-то щелкает пальцами и мир вокруг перестает существовать или ставится на паузу.
- Не знаю…- его дыхание опаляет мои губы, заставляя меня нервно облизать их. – За то, что не такая как все… за то что не бросаешь меня, что переживаешь и пытаешься помочь…за то, что ты есть…- каждое слово, произнесённое этим скрипучим раненным шёпотом достигает цели. Достигает моего маленького, хрупкого сердца, заставляя его ещё сильнее забиться.