Неужели я, тот самый Никита Райский, дожил до того, чтобы вымаливать любовь? Тот, которого любят и хотят десятки, а то и сотни девушек. Который никогда никого ни о чем не просил, они сами все делали, отдавали, любили…
А теперь, я стою посередине комнаты, разъяренный, растерянный, с табличкой на лбу «идиот». С отображением на девушку, наивную, маленькую и не могу понять, что черт побери происходит. Что она со мной сделала? Как это исправить? И почему я? Почему она?
- Ладно! – поднимая руки ладонями вверх, Ваня медленно пробирается к выходу, огибая меня на метр. – Я наверное пойду. Жду тебя внизу ковбойка!- его улыбка до ушей затуманивает мне глаза. Аж кулаки сжимаются. Сколько можно? Зачем он постоянно так скалится? У него что, судороги?
- Зачем? – метаю убийственный взгляд в сторону малого, сам не зная почему задаю этот вопрос. Ведь я намеревался, только что, выйти вон. Разговор отменяется. Да и нужен ли он вообще кому-то, кроме меня?
- Что зачем?- ухмыляется этот негодник, кажется поймав волну. Специально меня выбешивает.
- Я попросила Джовани подвезти меня до дому. – медленно разворачиваюсь к девчонке, держа на лице маску равнодушия. Ели получается если честно. – Надо Зойку проведать и переодеться.- почти шёпотом продолжает Лиса, пряча от меня свои грустные глазки.
- Тогда я…- начал было Джон, но я резко его обрываю.
- Я сам отвезу, свободен.
- Но…- встревает Лиса.
- Вообще-то, ты…- уверенно произносит малый, делая шаг в сторону девчонки.
- Я не понял, малый… Что именно тебе было не понятно сейчас? – сверлю этого смельчака взглядом, угрожающе оскалившись и сложив руки под грудью.
- Ладно. Как знаешь. – это мне – Извини малышка, в другой раз. – это Лисе. Подмигивает ей и направляется к выходу. Уже у самой двери останавливаю парня.
- Вань, не исчезай, пока я не вернусь, ладно!?- уже в привычном для нас с мелким тоне, прошу его. – Надо поговорить. Это важно.
- Что-то случилось?- обеспокоенно спрашивает, не спуская с меня серьезного взгляда.
- Приеду, разберемся. А теперь вали быстрее из нашей комнаты. – его смешок заставляет меня улыбнуться в ответ. Не могу я злиться на этого идиота. Мы с ним слишком похожи.
Оставшись наедине с галагошкой, снова наступает непривычная тишина и напряжение. Смотрю в упор на девушку, забивая в памяти каждую деталь. Ее смущение, ее глаза, что прячутся от меня сейчас. Впервые замечаю, что ее руки не свободны. Она нервно теребит в них уголок мягкого, банного полотенца, что наверняка нашла в моем шкафу, на нижней полке. Ее шея и плечи напряжены. И я не знаю, что происходит и как это объяснить? Я просто иду к ней.
Приближаюсь как можно ближе, чтобы услышать ее аромат и взволнованно прикрыть веки от удовольствия. Протягиваю руку и касаюсь ее лица. Беру в плен ее подбородок и мягко сжимаю свои пальцы, приподнимая его.
Секунда, две и бабах!
Ее взгляд. От него волна обезумевших мурашек мчится от шейного позвонка вниз. Передает разряд в ноги, заставляя их рефлекторно вздрогнуть. Хочется стряхнуть напряжение, все тело призывает к этому, но я не шевелюсь. Мне нравится это невыносимое, такое новое и пронизывающее до скрежета в зубах покалывание. Мне нравится эта сладкая боль, которую я раньше никогда не испытывал, ни с кем!
- М-м-ожно мне в душ?- немного сбивчиво и почти не слышно проговаривает девушка. Ее губы ели шевелятся, а я не могу оторвать от них взгляд.
Идеально очерченные, влажные, потому что перед тем как заговорить, она их незаметно облизала, заставив меня напрячься ещё сильнее. Потому что, это просто отвал башки какой-то. Безумие. Наваждение. Это чёртово наказание. Она, мое наказание.
Я так сильно погружен в свои мысли и желания, что даже не сразу расслышал вопроса. Не нашелся с ответом. Мой максимум, это какое-то примитивное мычание. И то, я не уверен что получилось сделать это вслух. Внутри меня дрожит вулкан, грозясь взорваться прямо сейчас.
- Тогда отпусти меня…- все тем же сексуальным шёпотом проговаривает галагошка, продолжая смотреть мне прямо в глаза. И я сдаюсь.
- Никогда! – рычу как изголодавшиеся животное, в прямом смысле набросившись на свою жертву.
Ее губы, как сладкая вата. Тают, растекаясь сиропом на моем языке. Ее вздохи, словно касание пёрышками. Щекочут все мои нервы. Хочется смеяться. От души, по-настоящему.
Моя рука ложиться ей на талию и наверняка причиняет боль. Потому что я не могу это контролировать. Потому что, как безумец прижимаю это желанное тело к своему, желая стать с ним одним целым. Потому что, сорвался и не знаю как это остановить.
Она – мой самый сладкий грех!