Шерлок задохнулся, подался вперёд, схватил лицо Джона и поцеловал его губы.
— Я знал, что ты не представляешь для меня опасность, но не мог позволить тебе скрывать от меня что-то, и это чувство страха перед тобой, что было потом, оно не моё, это всё инстинкты, — шептал Шерлок прямо в губы Джона, чередуя слова с поцелуями.
Джон не двигался, он сцепил пальцы в замок, сдерживая себя, чтобы не оттолкнуть Холмса.
— Не стоит этого делать, Шерлок.
— Плевать.
Холмс лизнул его в шею, утыкаясь носом в кожу.
— Если ты этого не хочешь или это твой странный эксперимент, — Джон попытался уйти от прикосновения, но Шерлок расцепил его руки и прижал чужую ладонь к своему члену. Ватсон застонал ему в ухо, легко поглаживая.
— Ты можешь чувствовать, насколько сильно я хочу этого. И, разве, ты когда-то был против экспериментов?
Джон усадил его к себе на колени, стянул чужие халат, футболку, лизнул ключицы. Шерлок вцепился в воротник его рубашки, дав себе слово не отпускать, что бы ни случилось.
Почувствовав настойчивые пальцы между ног, Шерлок слез с колен, скинул штаны на пол и принялся раздевать Джона.
Ему нравилось чувствовать, как Ватсон сдается, теряет контроль, так любимый им, и отдается во власть своей адреналиновой зависимости. Они оба были зависимы: Джон от энергии и адреналина, Шерлок от самого Джона и расследований, после отказа от наркотиков.
— Что, если это всё — мой дар? И на самом деле, ты не хочешь меня?
— Заткнись, — Шерлок гладил одной рукой член Джона, другой притянул к себе за шею. — Если ты сейчас остановишься, мне придется убить тебя.
Джон обхватил его бёдра, вжал в себя, затыкая его рот языком и помогая двигать рукой, по прижатым друг к другу, членам.
— Я не собираюсь ограничиться лишь этим, — Шерлок соскользнул с его колен и направился в свою спальню. — Идёшь?
Когда детектив скрылся в комнате, призывно скрипнула кровать и раздался звук открываемого лубриканта, Джон задержал дыхание. Ему нужно было прочистить мозги. Он не мог позволить себе трахнуть Шерлока Холмса, который будет ненавидеть его за это всю жизнь, когда очнётся от дурмана. Надавив на глаза, Ватсон дышал и понимал, что воздуха не хватает. В спальне раздался стон и доктора будто ударило током. Он поднялся и быстрым шагом направился к Шерлоку.
Детектив лежал на спине, разведя ноги в стороны и пальцами растягивая себя.
Джон не стал бы настаивать, что именно он Инкуб, а не Шерлок. Все мысли о благородстве и том, что будет дальше, отшибло.
Медленно подойдя к кровати, он втянул запах Шерлока, поставил колено на кровать, и разместился между ног Холмса.
Взяв его запястье, доктор вытянул чужие пальцы из ануса, взял смазку и смазал свои.
— Сколько?
— Два, — выдохнул Шерлок.
Пальцы Джона скользнули в Шерлока. Ватсону пришлось прикусить губу, чтобы не начать материться. Шерлок точно периодически растягивал себя.
Уперевшись локтем в кровать, нависая над ним, Джон коснулся его губ своими.
— О ком ты думал?
— Об Андерсоне, который научился дедукции.
Джон рассмеялся, уткнувшись лбом в его плечо.
— Ты думал обо мне? — в голосе Джона была мольба.
— Иногда.
Ватсон кивнул, поворачивая кисть.
— А в последнее время, — выдохнул Шерлок, — постоянно.
Язык Шерлока прошёлся по его подбородку, затем губам, скользнул внутрь.
Три пальца двигались легко, настолько, что у Джона было желание добавить к ним игрушку, что он однажды видел у одной из своих любовниц.
Шерлок прошептал «Достаточно» и доктор подчинился. Вынул пальцы, надел презерватив и скользнул внутрь Шерлока. Детектив застонал, вцепился Джону в плечи, наверняка, оставляя синяки.
— Если это всего лишь наваждение, я не собираюсь извиняться.
— Заткнись, Ватсон.
Шерлок рычал, стонал, кусался и целовал Джона так, что тот задыхался. Это не было похоже на те моменты, когда он использовал свой дар, Шерлок точно не был одурманен, а Джон был этому рад почти впервые. Сила наполняла его, опьяняла, обещала покорность всего мира и трепет перед ним. Именно сейчас Джона Ватсона интересовало не это, а то, как Шерлок будет оправдываться завтра, когда наваждение спадёт.
Человеческая суть запрограммирована на то, чтобы бояться всего, что хоть немного отличается от устоев обычного мира. В котором нет никаких инкубов, а значит, и всего, что интересует в Джоне его сегодняшнего любовника.
Шерлок лежал под ним, перемазанный в сперме, тяжело дышал и смотрел в потолок, пока Джон, покинув его тело, стягивал презерватив.