— Давай лучше пойдем, — сказала Рози. — Гвен не любит, когда опаздывают.
— Извини, я, наверное, задумалась, — спохватилась Пэтси, распахивая дверцу. — Мысли об этом мальчике меня просто выбивают из колеи.
— Мы же не можем похитить его из тюрьмы, — заметила Рози. — Придется с этим смириться.
Она пулей выскочила из машины и сделала стойку на руках прямо на стоянке. Одним из недавних открытий Рози с тех пор, как она начала ездить с Пэтси в разные физкультурные секции, было то, что у нее открылся талант гимнастки. Она была маленького роста, гибкая, незадавленная и обладала почти абсолютным чувством равновесия.
Рози прожила большую часть своей жизни, будучи матерью, женой и служанкой. Она никогда и не предполагала, что у нее могли быть какие-то таланты, но, вот, оказывается, был у нее талант — ее способность делать стойку на руках и другие гимнастические фигуры. Она стала звездой всех спортивных секций, в которые записывалась. Везде без исключения, когда тренеру нужно было показать какое-нибудь сложное упражнение, он выбирал Рози. Мало того, в двух спортклубах несколько тренеров предлагали Рози самой работать тренером. Кроме того что Рози и в самом деле хорошо выполняла все движения, им, конечно, была нужна раскованная семидесятилетняя женщина, которая убедила бы других, менее раскованных семидесятилетних, что делать наклоны, упражнения на растяжение или повороты было нормально, а без нее они могли бы счесть такие попытки не подходящим для дам занятием.
По пути в зал Рози еще несколько раз сделала стойку на руках на автостоянке, чем изумила нескольких разносчиков продуктов и ранних покупателей. Видя их удивление, Пэтси захихикала. Двое полицейских, которые сплетничали и пили кофе возле своей патрульной машины, начали с подозрением рассматривать Рози.
— Ну, перестань, — сказала Пэтси. — Никому не доводилось видеть так уж много дам, которые становятся на руки на автостоянках. Они могут подумать, что тебя только что выпустили из психушки.
Рози выпрямилась и уставилась пылающим гневом глазами на полицейских, стоявших метрах в тридцати от нее на мостовой. Они отплатили ей не менее враждебными взглядами. Им хотелось выпить кофе с удовольствием, чтобы никакое нарушение общественного порядка не помешало им, а стойка на руках у автостоянки в исполнении пожилой леди в трико было, безусловно, чем-то необычным и даже, по их мнению, довольно подозрительным занятием. Они решили на всякий случай присмотреть за ней.
— А я помню время, когда наша страна не была полицейским государством вроде Румынии, — громко провозгласила Рози, отряхивая пыль с ладоней.
— Да я не думаю, что и сейчас она очень уж похожа на Румынию, — сказала Пэтси. — Они же тебя не били и не пытались арестовать.
Рози была неумолима. Мысль о том, что полицейские с подозрением смотрят на нее всего-навсего из-за того, что она несколько раз просто встала на руки, вызвала у нее желание присоединиться к какой-нибудь демонстрации, как только такая появилась бы. Может быть, даже Питер Дженнингс оказался бы неподалеку, готовя репортаж об этом для Эй-Би-Си. Может быть, он даже задал бы ей пару вопросов, пока на нее надевали бы наручники и запихивали бы в машину. Ей доводилось видеть, как женщин, ненамного моложе ее, заковывали в наручники и запихивали в машины. Она была уверена, что это случится и с ней, как только она начнет жизнь демонстрантки. Она заторопилась в спортзал, испытывая желание размяться. Нужно быть в первоклассной форме, если хочешь начать карьеру демонстрантки, выступающей за права мужчин или женщин, а может быть, вообще американцев, черных, беременных женщин или еще за что-нибудь. Ведь она была малюсенькая, а все полицейские такие здоровенные. И если она не будет в хорошей форме, не освоит как следует приемы освобождения от захватов, какой-нибудь урод-полицейский может просто схватить ее, запихнуть под мышку, словно мешок с мукой, и унести куда-нибудь подальше.
— Не собираюсь быть мешком с мукой, — сказала Рози, поворачиваясь к Пэтси, которая подвязывала волосы. Всю свою жизнь Пэтси носила длинные волосы, с короткой стрижкой ее никто еще не видел. Но длинные волосы так мешали во время занятий спортом, поэтому обычно, идя в зал, она стягивала их в узел.
— Что-что? — не расслышала Пэтси.