Глава 2
… Глаза были закрыты, но слезились от нестерпимо яркого света, жажды и боли не было, во всех членах царило благодушное расслабление и нега. Из этого я сделал утешительный вывод – я, наконец, умер, сейчас открою глаза и увижу архангела Гавриила, или Михаила, или этого, как его, апостола Петра, черт его знает, кто должен тут встречать новеньких. А вдруг, действительно, черт?! Хотя, нет, в аду, говорят, темно и жарко, а здесь температура была вполне комфортная. Да и вообще, можно ли верить всему, что болтают, ведь из тех, кто эту братию видел, назад никто не возвращался. Ну, все, открываю глаза, тем более, меня уже окликнули, только, почему-то не по божественному, а по простому:
– Рядовой, проснешься ты или нет? – дальше прозвучало более настойчивое, – Рядовой Горлов! Откройте глаза! Я же вижу, что вы меня слышите!
Свет слегка потускнел. Я рискнул приоткрыть один глаз, и увидел перед собой его…
Это точно был не черт. Надо мной склонился силуэт в белом,… с нимбом вокруг головы. Что в таких случаях положено говорить я не знал, поэтому, заплетающимся языком промямлил:
– Здравия желаю, товарищ Бог!
Бог удивленно хмыкнул, потом, расплывшись в улыбке, задумчиво произнес:
– Кому может и бог, а тебе, капитан медицинской службы – Васильев. С прибытием, товарищ солдат.
От неожиданности я широко открыл оба глаза. Капитан выпрямился и свет лампочки находившейся у него за спиной ослепил меня. Я коротко взвыл, глаза непроизвольно зажмурились, по щекам полились горячие слезы. Капитан пожалел меня и погасил лампу. Я осторожно приподнял веки, и неожиданно понял, что прекрасно вижу даже при очень ограниченном освещении. Я попытался стереть влагу с лица и ощутил, что конечности, по-прежнему, крепко привязаны, правда, теперь не к палкам, а к кровати. Для чего это было нужно, я по-прежнему не понимал, но спросить не успел. Врач уже закрыл за собой дверь.
Чувствовал я себя просто отлично, все во мне бурлило от ощущения какой-то переполняющей меня неведомой силы. Все чувства казались невероятно обостренными, даже, когда врач вышел из палаты, я отчетливо слышал и ощущал, как он прошел по коридору, спустился по лестнице и вышел во двор. В палате я был один, в помещении слева лежали три человека. В следующем за ним находились еще трое, но кто это, я понять не мог, по всем признакам, должны были быть люди, но ощущались они, почему-то, как машины.
От такого открытия у меня даже мурашки побежали по коже. Я, машинально, начал искать доктора. К моему ужасу он тоже чувствовался мной, как машина. А ощущения все обострялись. Внезапно я понял, что на территории госпиталя, довольно много живых машин.
Сперва я запаниковал. В голову полезли жуткие мысли, достойные фантастического фильма. А если меня захватили инопланетяне? Хотя, нет, всю нашу часть! А эти машины – биороботы! Похоже, только я это понял, поэтому меня и засунули в эту палату, и не отвязывают. Они догадались, что я единственный на планете, кто их может разоблачить. Потом, я слегка успокоился и пришел к выводу, что если это инопланетяне, то им легче было меня просто убить, а не морочить себе голову. Поэтому мысли пошли по другому пути. Может это наши ученые, что-то новенькое придумали. Ведь, похоже, меня с того света вернули. Вряд ли это под силу обычным врачам.
Тут на улице капитан Васильев окликнул пробегавшего мимо солдата:
– Витя, давай сюда! Сгоняй в первую роту, позови майора Ермоленко! Пусть подойдет в седьмую палату к своему жмуру! Потом слетай во вторую, позови Ткаченко, пусть идет туда же! Если будут сопротивляться, скажи – Батя вызывает!