Через пару лет он написал ей, что нашел почасовую работу инструктора по английскому языку в лучшем университете его страны. Он был единственным кандидатом на эту должность, у которого была степень магистра из американского университета. На новой работе он учил студентов математического и физического факультета, как произносить их имена по-английски и как давать простые, школьного уровня презентации в их областях знаний. Его начальство в университете было, очевидно, им очень довольно и обещало ему, что когда кто-нибудь из профессоров уйдет на пенсию, ему дадут постоянную работу на полную ставку.
“Мы на нашем факультете все надутые незнайки. Мы думали, что магистратура – это для людей, которые будут рады работе школьного учителя где-нибудь в глухой провинции. И вот у нас появился выпускник, которому наша степень магистра помогла стать успешным писателем и найти работу преподавателя в лучшем университете его страны. Мы думали, что угробим на него кучу времени и потом отчислим. Никто из наших других магистрантов не почерпнул здесь столько полезного, как он. И к тому же, у него здесь был роман! А ты знаешь, Питер, что я нахожу самым потрясающим во всем этом? В странах типа Франции и Германии английские версии его книг продаются в книжных магазинах в отделах “Литература на английском языке”! Ты представляешь, кто-нибудь может просмотреть один и тот же книжный стеллаж и купить оригинал “Гамлета” и его книгу! И одна не очень умная дама, которую ты знаешь, когда-то сильно сомневалась в том, имеет ли он какое-либо отношение к англоязычной литературе. Можно сказать, что теперь он имеет к ней более прямое отношение, чем она!”
~~~
Питеру исполнилось девяносто, и он стал боятся, что агент пенсионной службы нагрянет к ним домой, чтобы убедиться, что он еще жив. Он решил, что пришло время заставить государственную бюрократию забыть о себе. Питер перевел "Вечные Дела" на имя своего багамского траста и стал официально неимущим. Затем он позвонил в пенсионную службу и сказал им, что его отец, престарелый джентльмен по имени Питер, который жил по такому-то адресу, только что покинул этот мир. Ему высказали соболезнование и поблагодарили за звонок.
Гора упала у Питера с плеч. Ему больше не нужно было составлять никакие годовые отчеты. Он стал полностью анонимен; никто, кроме нее, не знал, что он все еще существует. Тот Питер, который уехал из Нью-Йорка в Северную Каролину, работал там лаборантом и владел домом, машиной и счетом в банке, был похоронен и забыт.
Ее шестидесятилетие праздновал весь факультет. Пришли старые, давно ушедшие на пенсию профессора и целая толпа студентов. Все эти люди говорили между собой, как им повезло, что у них есть такой учитель или коллега. После дня рождения она сказала Питеру: “Очень жаль, что тебя там не было. Ты мог бы прийти, только один раз, и никто бы ничего не заподозрил”. Он ответил: “Солнышко, ты этого не замечаешь, и я тоже, но ты выглядишь намного старше, чем я. Они бы, наверное, решили, что ты нашла нового партнера, и стали бы задавать вопросы типа: “А сколько времени вы вместе?” И мы бы не смогли ответить: “Большую часть нашей сознательной жизни”.
Вскоре после этого она стала почетным профессором. Она продолжала учить свой индийский класс и еще один класс для младших курсов, который ей очень нравился, но большая часть ее времени теперь была посвящена руководству аспирантами, помощи молодым преподавателям и общефакультетским проектам. Их разговоры за ужином теперь часто были о том, как много в академической жизни не связанного ни с преподаванием, ни с исследованиями. “Все вокруг меня по горло заняты подготовкой к классам и написанием статей, – говорила она. – Мы в общем-то это от них и требуем, если они хотят продвинуться по службе. Но в результате людям типа меня, которым уже некуда продвигаться, приходится подставлять плечо и делать все на факультете, на что ни у кого другого не хватает времени”.
Питер знал ее теперь почти сорок лет, и все эти годы, за исключением коротких отпусков, у нее практически не было свободных вечеров или выходных. Сначала ей приходилось прочитывать массу книг, брать курсы, сдавать экзамены и готовить статьи. Потом ей нужно было готовить задания для классов, проверять курсовые работы и регулярно публиковать статьи. А теперь она менторствовала над недавними и будущими кандидатами наук и занималась административной работой. Виды деятельности и обязанности менялись, но работа продолжала быть напряженной и нелегкой. “Моя жизнь – это каникулы по сравнению с ее, – он иногда думал. – Есть часы, в которые открыт рынок акций, а в остальное время я могу делать все, что захочу”.