Глава первая и единственная
Prophet!" said I, "thing of evil- prophet still, if bird or
devil!
By that Heaven that bends above us- by that God we both adore-
Tell this soul with sorrow laden if, within the distant Aidenn,
It shall clasp a sainted maiden whom the angels name Lenore-
Clasp a rare and radiant maiden whom the angels name Lenore."
Quoth the Raven, "Nevermore."
Пасмурный июльский день приближался к закату. Кроваво-красное солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, а потому в библиотеке поместья Фэйрхолл ярко горели свечи. На небольшом черном кожаном диванчике расположилась молодая пара. Невысокий джентльмен лет двадцати в черном халате держал в руках книгу, а девушка прилегла, положив голову к нему на колени. Ей было около двадцати, тоже невысокого роста, облачена в белую тунику, ее яркие расчесанные рыжие волосы отражали свет, исходивший от горящей свечи, аккуратный слегка вздернутый носик, небольшие мягкие щечки, карие глаза с ласковой внимательностью наблюдали за лицом мужчины, а небольшие губы были сложены в мягкой улыбке. На секунду молодой человек перевел взгляд от книги к своей подруге. Заметив ее ласковую улыбку, он отложил чтение и стал вглядываться в прекрасные глаза юной леди. Он положил одну руку ей на полуобнаженное плечо, а второй стал тихонечко бережливо приглаживать её слегка волнистые волосы. Его лицо выражало спокойствие и покорность, добродушная улыбка придавала мягкости его островатым слегка ассиметричным чертам лица. Его нельзя было назвать красивым, но у него была приятная северная внешность.
- Иви, - обратился он к девушке, - ты представляешь, какая это мука!
- Что же, Хью?
- Читать, заниматься работой, пока ты, такая красивая, такая маленькая и милая, лежишь здесь и преданно смотришь на меня. Я так хочу бросить все и просто обнять тебя! Позволишь?
- Конечно! – Иви присела и повернулась к Хью.
Они посмотрели друг другу в глаза, будто прощались навеки и не могли оторвать взгляд. Двое движимые неким незримым чувством, подвинулись друг к другу и крепко обнялись. Хью зарылся лицом в её волосы, а Иви крепко, всем телом прижалась к юноше.
- Мне очень хорошо с тобой, как ни с кем другим, - тихо прошептала девушка. - Я тебя очень люблю, и мне очень жаль, что завтра мне надо уехать в Лондон и оставить тебя здесь… Может, ты бы смог поехать со мной?
Хью медленно покачал головой. Он поглаживал спину Иви и тихо-тихо произнес:
- Я тебя люблю больше, чем ты могла бы себе представить! Ты - мой лучик света в этом темном мире, и без тебя мне в нем не выжить, ты – мой корабль в бушующем океане, но я не могу поехать с тобой, мне нужно закончить все дела здесь, разобраться с наследством и долгами моих почивших родителей, чтобы через месяц мы смогли жить вместе…
- Я не хочу тебя покидать, - промолвила Иви и незаметно для Хью вытерла слезинку с щеки.
- А я боюсь тебя потерять, - полушепотом промолвил юноша и крепче обнял девушку. - Обещай, что, когда я приеду к тебе через месяц, мы обязательно сходим в оперу, а я обещаю, что через два месяца мы отправимся в Париж.
- Обещаю!
Казалось, прошли десятки минут, прежде чем, пара наконец разомкнула свои объятья. Хью с пронзительной любовью смотрел на маленькую Иви и приглаживал её талию, а она держала его руку.
Эти минуты тишины, спокойствия, могли длиться вечность и никто бы из этих двоих не воспротивился, но время неумолимо, а потому Иви отпустила руку Хью и дошла до черного фортепиано в углу комнаты, подняла крышку, взяла нотную тетрадь, перехваченную алой лентой, и через секунду ее маленькие ручки порхали по клавишам инструмента, пробуждая на свет величайшие творения Баха. Хью сел рядом с ней и не отводил глаз от своей подруги, стараясь запечатлеть каждую секунду, каждое мановение руки, каждый поворот головы милой девушки. Как только мелодия кончилась, Иви радостно улыбнулась, посмотрела на Хью и заиграла новую, затем еще одну и еще, и вскоре она вместе с ним громко от души смеялась над всем вокруг, ведь жить – значит радоваться и любить.
***
Следующий день выдался теплым и ясным. С утра ярко светило солнце, погода располагала к прогулке. После завтрака Хью и Иви вышли во двор поместья, где их ждали оседланные лошади: светлая для Иви, а черная для Хью. Хью был неплохим наездником, а Иви обожала скакать по поля, когда ветер раздувает одежды и волосы, любила и неспешный лошадиный шаг. Она превосходно каталась.
- У нас с тобой есть несколько часов. Наш охотник обещал подстрелить птицу и приготовить ее по-королевски, чтобы ты не была голодна в дороге, - негромко сказал Хью.
- Спасибо тебе и твоим слугам, вы очень любезно принимаете меня, - с улыбкой ответила девушка.
Спустя несколько минут двое уже мчали на конях по проселочным английским дорогам, как часто они делали в теплые весенние и летние дни. Хью ехал чуть позади, внимательно оглядывая местность и выискивая кратчайший путь до моря.