Говорят, что работа над лабиринтом никогда не кончается, и все же два года спустя у Бонтински был свой собственный лабиринт, мемориал в честь Си Джей, «инструмент» (как называет его Дори), который помог ей справиться с горем. Он открыт семь дней в неделю двадцать четыре часа в сутки — и не только для тех, кто носит траур, но и для всех остальных. «Детям нравится тут бегать, — рассказывает Дори. — Родители все время просят их быть осторожнее, но я говорю им: «Не надо осторожнее, делайте здесь все, что хотите». Ведь лабиринты для того и нужны — чтобы можно было найти свой путь, понять, чего хочешь».
Тропинка шириной два фута покрыта измельченной корой и движется то вверх то вниз по ступенькам, чтобы приноровиться к покатой поверхности склона. Расстояние между каждым кругом — в фут шириной, и здесь вовсю цветут нарциссы, лаванда, гладиолусы, пахнущая лимоном герань (которую не любят здешние олени), декоративная трава и бородатые ирисы, появившиеся здесь еще до постройки лабиринта. Центр шириной 12 футов с шестью шартрскими лепестками вымощен камнями, и в нем есть скамейка, обращенная на восток — ко входу в лабиринт, а также маленькие статуи мальчика и девочки, которые появились здесь в память о родителях Дори, умерших во время строительства лабиринта. У входа на тропу в нижней части склона стоит скульптура пумы в натуральную величину — возможно, единственная во всем мире пума в лабиринте. «Си Джей любила тигров, — говорит Дори. — А пумы — это то же самое, только калифорнийская версия. Теперь мне бы еще хотелось найти скульптуру кролика, чтобы поставить рядом с пумой, — и у нас получилась бы местная версия льва и ягненка, которые мирно лежат рядом».
Не все здешние памятники были поставлены создателями лабиринта. «Люди постоянно что-нибудь добавляют, — рассказывает Дори. — Приносили камни, выгравированные надписи, даже фигурку Человека-Паука и нескольких пластмассовых ангелов. Мы не против». Из дома Бонтитски могут наблюдать лабиринт только через два окна на верхнем этаже, но зато они любят посидеть на террасе (на которой иногда расстилают тряпичный семикруговой лабиринт) и понаблюдать за посетителями лабиринта оттуда. «Замечательное зрелище, — делится Дори. — Иногда они машут нам рукой, но не в том смысле, что они пришли к нам или что им обязательно нужно подойти и поздороваться. В полнолуние у нас тут бывает особая ночная прогулка по лабиринту, а в октябре устраивается целый День лабиринта, но он открыт и во все другие дни. Мне бы хотелось в один прекрасный день взглянуть туда и увидеть, что на дороге остановился желтый школьный автобус и из него вываливаются десятки детей, которые бегут к нашему лабиринту и играют здесь все вместе».
После захода солнца Прекрасный Лабиринт, как они его называют, освещается сотней ламп. «Однажды вечером, — вспоминает Дори. — мы сидели на террасе, и я любовалась всеми этими лампами. Я сказала Чаку: «А знаешь что? Мы с тобой построили посадочную площадку для инопланетян!» Он только засмеялся. Люди иногда спрашивают: «Так в чем тут подвох-то?» А никакого подвоха нет. Всего лишь лабиринт. Но, возможно, в этом-то и подвох».
Девять. Загадка
Поместье Лонглит в Уилтшире славилось некогда своей изящной елизаветинской архитектурой и прекрасно сохранившимся искусственным ландшафтом Брауна по прозвищу Способный, а также уникальной библиотекой редких книг и привидением, которое, как и большинство привидений в английских поместьях, попадалось на глаза в длинном коридоре дома с завидной регулярностью. Несмотря на все неоспоримые достоинства, не очень-то много находилось желающих расстаться с тремя шиллингами и шестью пенсами, чтобы осмотреть это место. Два человека, последовательно владевшие Лонглитом, шестой маркиз Батский и его сын — седьмой маркиз, привнесли на территорию поместья два новшества, и старый загородный дом превратился в популярное туристическое место. Этими новшествами были львы и лабиринт.
Львы появились первыми — в 1966 году. Шестой маркиз поместил их вместе с другими африканскими животными на почтительном расстоянии от самого дома — в той части поместья, которая называлась «Сафари-парк» и была первым парком такого рода за пределами Африки. Приобретя билет, посетители (которым неоднократно напоминали о необходимости держать окна автомобиля закрытыми) могли проехать по территории поместья на умеренной скорости и представить себе, будто они находятся в Кении. Сын маркиза, нынешний лорд Батский, добавил поместью пущей привлекательности, построив здесь лабиринты. «Люди проводили в саду пять минут и уезжали, потому что смотреть больше было не на что, — говорит маркиз. — Нужно было придумать нечто такое, что удерживало бы их здесь подольше». Грег Брайт, дизайнер лабиринтов, предложил построить самый большой в мире лабиринт из живой изгороди, и лорд Батский сказал: «А почему нет?» Он утверждает, что никогда особенно не увлекался лабиринтами и даже ни разу в жизни не прошел ни один из своих лабиринтов от начала и до конца. «Ну, я стою у входа, чтобы проводить внутрь посетителей, но дальше никогда не хожу».