Пока все это обсуждали, экзаменующиеся с очень серьёзными лицами сидели рядом со своими алхимическими печами. Хотя некоторые из них горько улыбнулись, услышав, что нужно будет приготовить Благовония Чернильного Духа. Они не позволили себе отвлекаться на посторонние мысли, а вместо этого раскрыли сумки и начали изучение содержимого.
Сюй Баоцай раньше упоминал о награде в пять тысяч баллов заслуг. Теперь, когда Бай Сяочунь услышал подтверждение от Старейшины Сюя, его сердце забилось чаще. У него уже кончались баллы заслуг, а они так нужны для покупки лекарственных формул и растений.
«Если я получу эти пять тысяч баллов заслуг, я смогу сэкономить время и силы».
С этими мыслями Бай Сяочунь открыл сумку, где нашёл десять наборов лекарственных растений, а также нефритовую табличку с формулой Благовония Чернильного Духа. Он не бросился сразу же изготавливать лекарство, а вместо этого успокоил ци и разум, потом принялся за изучение формулы. Он не спешил, а действовал так, как привык, когда самостоятельно занимался изготовлением лекарств. Любой незначительный вопрос, который у него возникал в процессе изучения формулы, он тщательно анализировал, пока не начинал себя чувствовать абсолютно уверенно.
Простое предварительное изучение заняло у него два часа. К этому времени Ду Линфэй и остальные уже закончили рассматривать растения и приступили к самому процессу изготовления лекарства. Большинство из них уже даже наполовину закончило приготовление первой партии. Скоро уже все, кроме Бай Сяочуня, были заняты процессом изготовления. Только Бай Сяочунь всё ещё сидел и задумчиво разглядывал нефритовую табличку. Это весьма удивило Сюй Баоцая.
Теперь первая партия лекарства была почти готова. Из всех алхимических печей, кроме печи Бай Сяочуня, послышались грохочущие звуки. У большинства из испытуемых вытянулись лица, когда они увидели, как чёрный дым повалил из их печей, это означало, что первая партия не удалась. Хань Цзянье напротив запрокинул голову и громко рассмеялся. Его алхимическая печь задрожала и лекарственный аромат начал распространяться от неё. К всеобщему удивлению из печи показалась восьмисантиметровая палочка Благовония Чернильного Духа. Окружающие ученики Внешней секты вытянули шеи, чтобы её разглядеть.
— У него получилась первая партия!
— У этого Хань Цзянье безусловный талант в изготовлении лекарств!
Хань Цзянье взволнованно оглядел остальных испытуемых. Его взгляд на мгновение остановился на Бай Сяочуне, а когда он понял, что тот до сих пор изучает лекарственную формулу, то в его глазах появилось презрение. Наконец он вытащил второй набор трав и приступил ко второй партии. Ду Линфэй и остальные с очень неприглядным выражением на лицах сжали зубы и тоже начали работу над второй партией.
Шло время. К концу четвёртого часа экзамена большинство закончило со второй партией. Послышался приглушённый грохот и… из всех печей повалил чёрный дым.
Только сейчас Бай Сяочунь отложил нефритовую табличку. В его памяти хорошо запечатлелась лекарственная формула Благовония Чернильного Духа. Когда все решили, что сейчас и он приступит к основному действу, то с изумлением увидели, как он вынул одно из лекарственных растений и начал пристально его изучать.
— Что делает Бай Сяочунь? Он и так уже потратил четыре часа на изучение лекарственной формулы! Зачем же ещё изучать и растения?
— Я знаю, это экзамен, но насколько же медленно можно всё делать?..
Сюй Баоцай неверяще смотрел большими глазами, как все остальные приступили к третьей партии. Озадаченные зрители наблюдали дальше, настал шестой час экзамена. И вот восемнадцать испытуемых постоянно постигали неудачи.
Потом прошло восемь часов, десять часов. В конце концов у четырёх людей получилось изготовить Благовоние Чернильного Духа, включая Ду Линфэй, Чень Цзыана и Чжао Идо. Ауры благовоний распространялись во все стороны. Хань Цзянье гордо посмеивался, когда у него у первого получилось приготовить вторую палочку благовония. Он оглядывал всех гордым взглядом, а его презрение к Бай Сяочуню только росло.
К этому времени Бай Сяочунь изучал четвёртое лекарственное растение. Иногда он даже слегка разрывал растение, рассматривая внутренности, чем изумлял зрителей. Даже Старейшина Сюй обратил на это внимание.
Время летело. Скоро прошло двенадцать часов. С шестой попыткой не справился никто, кроме Хань Цзянье. Это вызвало небольшой шум со стороны зрителей, и даже Старейшина Сюй слегка кивнул.