— Э-э-э? Почему они так знакомо выглядят?..
Вдруг ближайшие кусты зашелестели, и оттуда выскочила стайка рыбок на ножках. У Бай Сяочуня отвисла челюсть. За рыбками выскочили рыгающие кошки. Через мгновение его глаза полезли на лоб: мимо пробежало несколько дёргающихся в припадке обезьян с пеной у рта. Бай Сяочунь задрожал, и все волосы на его теле встали дыбом.
— Это… Это невозможно!
Он быстро достал меч Золотого Ворона и взмыл в воздух. За спиной выросли крылья, и он полетел в гору на максимальной скорости. На своём пути он повсюду внизу замечал животных. Люди, которые видели его, очень странно на него глазели. К тому времени, когда он долетел до своей пещеры Бессмертного, его сердце начало бешено стучать. Тут он увидел, что дверь открыта и в пещере больше никого нет, кроме гусей, которые остались стоять на посту.
— Как им удалось вырваться?! — ошеломлённо подумал он. Это казалось невозможным. Вдруг он заметил, что в стороне бежит кролик, выкрикивая целую кучу фраз, которые заканчивались так:
— Ха-ха-ха! Эта лекарственная пилюля просто невероятна! Я, Бай Сяочунь, совершенно определённо великолепен. Этот кролик и вправду может говорить!
Бай Сяочунь вытаращил глаза, тут кролик его увидел, тоже вытаращил глаза, потом развернулся и тут же помчался наутёк. Хорошо понимая масштабы катастрофы, Бай Сяочунь бросился догонять кролика. К сожалению, кролик обладал взрывным ускорением и его и след простыл. У Бай Сяочуня округлились глаза. И тут он услышал рёв Ли Цинхоу.
— Бай Сяочунь! Немедленно разберись с этим кошмаром! Если я увижу хоть одного животного или каплю птичьего помёта, то ты сразу же отправишься прямиком в долину Десяти Тысяч Змей. И заставь этого проклятого кролика замолкнуть!
И не имело никакого значения, что Бай Сяочунь победил на битвах избранных и что он добился такого невероятного прогресса с Неумирающей Серебряной кожей. Как только он услышал «долина Десяти Тысяч Змей», он затрясся. Ему стало страшно уже от одной только мысли об этом месте. С видом, как будто сейчас заплачет, он безотчётно глянул выше на гору, после чего его глаза широко распахнулись. На крыше дома Ли Цинхоу, подперев рукой подбородок и глубоко задумавшись, сидела обезьяна.
Чуть ли не плача, Бай Сяочунь помчался в гору к обезьяне. Когда он подбежал, то обезьяна глянула на него, в её глазах читались осмысленные эмоции, казалось, что она думает о том, как замечательно находиться на свободе. Хотя Бай Сяочунь очень этому удивился, он всё равно схватил обезьяну и отправил к себе в бездонную сумку.
Потом он начал обеспокоенно прочёсывать всю остальную территорию Вершины Душистых Облаков. Куда бы он ни пошёл, его одаривали странными взглядами. Вторым он поймал девятиголового тигра, а потом покрытых глазами жаб. Вскоре ему попались слоноподобные куры, а за ними и рыбки на ножках. Сразу за ними поймались рыгающие кошки. Самым простым оказалось схватить уток.
День уже близился к концу, когда ему удалось отправить в свою бездонную сумку дёргающихся обезьян. С испражняющимися голубями пришлось помучиться. Когда ему удалось схватить последнего, была уже глубокая ночь. Пересчитав всех, он понял, что на свободе остался только говорящий кролик. Однако, несмотря на все усилия, Бай Сяочуню так и не удалось его найти. Кролик мастерски спрятался.
— Эх, — вздохнув, он посмотрел на покрытую птичьим помётом Вершину Душистых Облаков и принялся её очищать. На это ушла целая ночь. К тому времени, когда он вернулся к себе в пещеру, забрезжил рассвет.
С восходом солнца ученики Вершины Душистых Облаков обнаружили, что всё везде блестит от чистоты. Вспоминая вчерашние события, они неожиданно стали лучше понимать действенность лекарственных пилюль Бай Сяочуня. Конечно, те ученики, что побывали под душем из помёта, сердились на Бай Сяочуня, но ничего поделать не могли. В конце концов, они понимали, что Бай Сяочунь не специально. Однако это была уже не первая его выходка. Поэтому страхи по поводу Бай Сяочуня всё сильнее крепли в сердцах людей.
Бай Сяочунь проспал до обеда. Когда он проснулся, то понял, что больше не посмеет продолжить эксперименты с пилюлями. Покинув территорию секты, он ушёл далеко в безлюдные места, где, по его мнению, можно было безопасно выпустить всех зверей из бездонной сумки.
— Теперь вы свободны… — сказал он, горько улыбаясь.
Животные, которые не пробовали его пилюль, быстро разбежались. Однако его подопытные просто стояли и смотрели на Бай Сяочуня. Он тоже, в свою очередь, смотрел на них, а потом достал из сумки ещё несколько пилюль.