— Они совсем его не знают…
— Только подождите. Ещё немного и они узнают, насколько Бай Сяочунь ужасающий.
Шло время. На десятый день число учеников внутренней секты, вызвавших Бай Сяочуня, достигло примерно двух тысяч трёхсот. Это число росло каждый день. Дошло до того, что для ученика внутренней секты не вызвать Бай Сяочуня на бой считалось позором. Если ты не пошёл на арену испытаний и не отправил своего журавлика, то тебя начинали смотреть косо. Когда вызов стал нормой, ещё больше людей отправило его.
— Ха-ха-ха! Сегодня я, Сюй Дабао, ставлю десять баллов заслуг и вызываю Бай Сяочуня на бой!
— Хм! Я, Чжоу Юньцун, вызвал главного врага северного берега три дня назад. Плохо, что этот тупица не смеет принять вызов!
На тринадцатый день число учеников внутренней секты, вызвавших Бай Сяочуня, перевалило за три тысячи. Северный берег стоял на ушах. Куда не пойди, единственной темой обсуждения были вызовы Бай Сяочуню. Неслыханно, чтобы такие массовые волнения происходили из-за одного человека. Новые вызовы улетали каждый день, и десятки тысяч учеников внешней секты собрались вокруг арены испытаний, чтобы посмотреть на гордых учеников внутренней секты в блеске славы. Каждый бумажный журавлик встречали одобрительные возгласы, сколько бы баллов заслуг при этом не ставилось на кон.
Бэйхань Ле никогда бы не подумал, что его действия вызовут такую цепную реакцию. Теперь он был намного популярнее, чем прежде, особенно учитывая, что ему удалось преодолеть ужасную травму и вернуться с высоко поднятой головой.
На семнадцатый день число учеников внутренней секты, вызвавших Бай Сяочуня, превысило четыре тысячи. Шторм, разразившийся на северном берегу, захлёстывал всю секту. К этому времени простой вызов на бой перерос в нечто большее. Он превратился в жест. Количество баллов заслуг уже не играло никакой роли. Некоторые ставили на кон даже меньше десяти. Однако жест так всех вдохновил, что каждый считал своим долгом поучаствовать.
— Бай Сяочунь испугался! Он не смеет драться с северным берегом!
— Ха-ха-ха! Даже если бы он был сильнее, чем есть, ему всё равно пришлось бы преклонить колени перед объединённой мощью северного берега!
— Дух северного берега нельзя превзойти!
Четыре главы гор северного берега потеряли дар речи, а глава секты Чжэн Юаньдун не переставал удивляться. Даже высшие старейшины обратили внимание на происходящее. В конце концов, ничего подобного ранее никогда не происходило.
Ученики северного берега так увлеклись, что практически каждый день бросали новые вызовы. Некоторые люди после отправления вызовов летали к звериному заповеднику, чтобы посмотреть на бумажных журавликов, которые присоединялись к огромной куче. Эту сцену всегда сопровождали громкие одобряющие восклицания. К двадцатому дню около восьмидесяти — девяноста процентов учеников внутренней секты уже кинули вызов. И только тогда буря начала затихать.
В то утро крепкий ученик внешней секты появился у арены испытаний, его распирало от нетерпения. Он прикинул, что после того как перед ним более четырёх тысяч человек бросило вызов Бай Сяочуню, если тот и выберет кого-нибудь, чтобы дать бой, то уж точно кого-то с большим количеством баллов заслуг на кону. В конце концов, Бай Сяочунь завоевал первое место в битвах избранных.
Возможность бросить вызов такому избранному, даже если он не ответит, вселяла в крепыша большую радость. Потом он сможет хвастать, что когда вызвал Бай Сяочуня на бой, тот убежал. Ещё более воодушевлённый крепыш использовал силу четвёртого уровня конденсации ци, чтобы запрыгнуть на арену. Сегодня он был первым, кто бросал вызов, а также первым из учеников внешней секты, осмелившимся на это. Приземлившись на арене, он запрокинул голову и раскатисто рассмеялся.
— Я, Лю Дабяо, ставлю на кон двести баллов заслуг, чтобы вызвать на бой главного врага северного берега Бай Сяочуня!
Снова громко рассмеявшись, Лю Дабяо соединил руки за спиной и уставился в направлении звериного заповедника.
— Бай Сяочунь, когда ты получишь вызов от Лорда Тигра, (1) осмелишься ли ты, ученик внутренней секты, сразиться со мной?
Действия этого человека многих поразили. Сначала все решили, что Лю Дабяо просто глупец. Каким бы гадом не был Бай Сяочунь, он всё же завоевал первое место в битвах избранных. Такого человека не мог просто так вызвать на бой ученик внешней секты. Но потом люди осознали, что Лю Дабяо пользуется случаем, чтобы сделать себе имя, и тогда глаза у них загорелись.