Зная, что сейчас его основа культивации намного улучшилась, он решил испытать призыв Котла Пурпурной Ци. К его радости, появилось сразу несколько котлов. Сейчас он уже с лёгкостью задействовал и возвращал энергию, когда пользовался этой божественной способностью. Обрадовавшись, он вспомнил про одну магическую технику, которую использовал давным-давно и можно сказать изобрёл сам.
«Великая Магия Контроля Человека!»
Сражаясь с кланом Лочень, он нечаянно применил эту магию на Чень Хэне, и это произвело на него глубокое впечатление. С годами желание отточить её только возросло. Ему не на ком было её тренировать, но зато в зверином заповеднике жило много зверья. Обдумав всё, он в нетерпении выбежал, чтобы найти зверей для тренировки на них Великой Магии Контроля Человека.
В следующие дни в джунглях творился бардак. Вскоре Бай Сяочунь обнаружил, что его Великая Магия Контроля Человека не работает на объектах большой массы и с высоким уровнем культивации. Однако когда дело доходило до мелких зверей с уровнем культивации не выше пятого, у него во многих случаях что-то получалось. Немного расстроившись, но не желая признавать поражение, он стал дальше обдумывать свою Великую Магию Контроля Человека. В конце концов он решил, что этой технике, использующей духовную энергию для контроля тела и разума противника, чего-то недостаёт. Если бы только он нашёл недостающий элемент, то он бы смог заставить её заработать.
Пока Бай Сяочунь экспериментировал с Великой Магией Контроля Человека, не так давно в Древнем Зверином ущелье открылся голубой глаз. Он долго смотрел из Древнего Звериного ущелья прямо на Бай Сяочуня, и потом в его глубине промелькнул странный блеск. Вдруг глубокий древний голос негромко произнёс:
— Управление Человеком… Много лет назад у эксцентрика Ледосекта была такая же идея.
125. Старина Полуночный зверь...
Божественная способность, которую Бай Сяочунь назвал Великой Магией Контроля Человека, превратилась для зверей в некое подобие игры. Они часто с удивлением обнаруживали, как таинственным образом поднимались в воздух только для того, чтобы через несколько мгновений бухнуться вниз. Иногда их поднимало и ставило вертикально на задние лапы. Звери при этом не пугались, а, скорее, находили происходящее забавным. Дошло даже до того, что некоторые мелкие зверушки, завидев Бай Сяочуня, подбегали к нему в надежде повеселиться, играя в новую игру.
Некоторые более крупные звери, такие как летающий тигр, иногда наблюдали, как Бай Сяочунь махал пальцем в их сторону и чего-то бормотал, потом вздыхал и уходил расстроенный. Такие звери никак не могли понять, что же такое он делает. Через месяц он решил временно отказаться от экспериментов с Великой Магией Контроля Человека.
«Я точно смогу заставить эту магию заработать, — думал он. — Когда это случится, она потрясёт небеса и землю. Однако не нужно спешить. Когда я стану сильнее, то смогу добиться в ней совершенства!»
Он на самом деле не хотел сдаваться, но прошёл месяц без какого-либо видимого прогресса, и ему пришлось признать, что пора заняться чем-то ещё. Он собирался приступить к культивации Озёрного Царства, когда вдруг подумал о своих духовных крыльях.
«Когда бабулька давала мне Протомагнитную жемчужину и эти духовные крылья, она что-то говорила про Скрытое Гравитационное Отталкивание…» С блестящими глазами он снял крылья, чтобы рассмотреть их поближе. Через несколько дней изучения он пришёл к выводу, что это тоже придётся отложить до лучших времён. Наконец он отодвинул в сторону свои амбиции и принялся за культивацию Озёрного Царства.
Время летело, и вот Бай Сяочунь провёл на северном берегу два года. Тем временем семя Рождения Зверя уже выросло в трёхметровый росток цветка Рождения Зверя, но бутон ещё не появился. По расчётам Бай Сяочуня, ждать осталось недолго, скоро покажется и бутон.
Что же касается Озёрного Царства, то он культивировал его постоянно, и оно становилось всё более впечатляющим. Каждый раз, когда он использовал его, слышался шум и появлялась странная сила, которая не принадлежала окружающему миру. К этому времени он уже долго наблюдал за всеми девятью сотнями животных в зверином заповеднике. Он знал их как свои пять пальцев, но до сих пор его дух жизненной сущности не принял никакой формы.
«Неужели моих наблюдений по-прежнему недостаточно? Наверное, мне нужно понаблюдать за ещё более сильными зверями».