Пока ученики внутренней секты активно обсуждали эту тему, Бай Сяочунь продолжал наблюдать за зверями. Так продолжалось целый год. В это время ещё кое-кто, помимо учеников внутренней секты, обратил на это внимание. Главы четырёх гор, глава секты, даже Ли Цинхоу — все тайно наблюдали за прогрессом Бай Сяочуня с Озёрным Царством. Все они очень удивлялись. В общем и целом для формирования духа жизненной сущности Озёрного Царства должно было хватить наблюдения за зверями в зверином заповеднике. Но оказалось, что для Бай Сяочуня этого мало. Он отправился наблюдать за духовными зверями-хранителями четырёх гор. И даже этого оказалось недостаточно.
— Похоже, духа жизненной сущности Бай Сяочуня очень сложно сформировать!
— Духи жизненной сущности для каждого разные. Они формируются на основе скрытого мира, существующего внутри каждого человека, и создают таинственный и непостижимый иллюзорный дух…
— На что будет похож дух жизненной сущности Бай Сяочуня?..
Все видели, как Бай Сяочунь завершил свои наблюдения за четырьмя духовными зверями-хранителями. После этого он плёлся по тропкам северного берега, думая, что теперь ему больше нечего созерцать. У него было сильное предчувствие, что до прорыва через барьер остался один шаг — ещё немного, и он даст рождение духу жизненной сущности Озёрного Царства. Но этот шаг, казалось, непомерно огромен.
Бай Сяочунь пребывал в смятении и не знал, что делать. Бредя по северному берегу, он шёл мимо арены испытаний и неосознанно посмотрел на статую под ареной. Он проходил здесь так много раз и каждый раз он чувствовал, что в статуе есть что-то странное. В этот раз он остановился и вгляделся в неё. И тут по его телу пробежала дрожь, а глаза неверяще засияли.
126. На пути к успеху
Раньше он уже чувствовал что-то странное, когда смотрел на статую: казалось, что-то толкало его сражаться. Однако было что-то еще глубже, что-то, что он никак не мог как следует уловить. Теперь, возможно, из-за опыта наблюдения за четырьмя зверями-хранителями или потому, что он был так близок к прорыву в создании духа жизненной сущности, он вдруг обнаружил, что смотрит не на всего боевого зверя целиком, а скорее на его чешуйки! Они ничем особенным не выделялись, но как только он сосредоточился на них, то дух жизненной сущности Озерного Царства внутри него вдруг всколыхнулся.
В то же время он почти услышал, как что-то первобытное и древнее взревело в ушах. Он хотел узнать, иллюзия это или нет, и попытался сосредоточиться сильнее, но ощущение пропало. А дух жизненной сущности тут же притих внутри. Глубоко вздохнув, он подошел к статуе и уселся напротив нее со скрещенными ногами. Потом он посмотрел на статую, будучи уверенным: только что ему вовсе не показалось.
«Эта статуя… очень странная!»
И тут он сосредоточился не на созерцании всей статуи, а на рассматривании отдельных чешуек. Хотя они ничем примечательным не отличались, Бай Сяочунь только сейчас понял, что их очень-очень сложно запечатлеть в памяти. Он прекрасно видел их перед собой, но никак не мог запомнить их форму и образ. Но это его не обескуражило, а, напротив, заставило только еще больше сосредоточиться. С блеском в глазах, он еще тщательнее стал рассматривать чешуйки.
Шло время, скоро начало темнеть. Учитывая, что арена испытаний находилась в центре северного берега, мимо нее часто проходили люди, и скоро они начали замечать, что Бай Сяочунь, сидя перед статуей, уставился на нее. Хотя вид был занимательный, никто не остановился и не обратил внимания. На следующее утро на рассвете ученики, что видели его перед статуей вчера, проходя мимо арены, снова увидели его. Очевидно, что за ночь он даже не сдвинулся с места, а все также сидел там, уставившись на статую налившимися кровью глазами. Ученики северного берега начали удивляться.
Бай Сяочунь теперь был уверен, что сможет совершить прорыв только через созерцание этой статуи. Он уже сделал все, что мог, для рождения духа жизненной сущности. Он наблюдал за каждым зверем в зверином заповеднике, а также за четырьмя духовными зверями-хранителями. Он даже втайне созерцал множество обычных боевых зверей учеников северного берега. Но дух жизненной сущности Озерного Царства так и не появился, и если бы Бай Сяочунь не почувствовал признаки, что он собирается появиться, то уже бы решил бросить эту бессмысленную трату времени. Но он ощущал, что дух жизненной сущности на пороге рождения и просто не знает, как это сделать. Так близко, но по-прежнему недостижимо!
Это дискомфортное ощущение было не просто принять, поэтому он тут же изо всех сих ухватился за возникшую возможность, а его упертость и скрупулезность сразу достигли максимума. Он был так же сильно сосредоточен на созерцании, как в свое время на перегонке лекарств. Не имело значения, день ли это, ночь ли, и что его глаза налились кровью. Не важно, что прошел второй день. Бай Сяочунь не останавливался. У него даже появилось ощущение, что если он прервется сейчас, то его Озерное Царство, возможно, никогда уже не даст рождение духу жизненной сущности. Нужно ухватиться за эту возможность и помочь дух жизненной сущности пробиться из своего кокона!