За последнюю тысячу лет в секте Духовного Потока только двое достигли этого состояния. Одним из них был Призрачный Клык, который совершил это благодаря своему необычайному природному таланту. По этой части даже Шангуань Тянью не мог тягаться с ним. И вторым был тот, кто сейчас сидел под статуей после непрерывного её созерцания на протяжении семидесяти дней. Бай Сяочунь!
Окружающие место событий ученики северного берега стояли раскрыв рот, наблюдая за поразительной картиной.
— Бай Сяочунь… он… в состоянии глубокого просветления?! Только ему, помимо самого старшего брата Призрачного Клыка, удалось подобное!
— Хм! Как может это глубокое просветление даже близко сравниться с просветлением самого старшего брата Призрачного Клыка? У него ушло всего пятнадцать дней, а Бай Сяочуню понадобилось семьдесят!
— Нет, тут дело в другом. Это просто значит, что если бы мы могли продержаться семьдесят дней, то и у нас получилось бы достичь глубокого просветления. Только вот мы не можем! Посмотрите, сколько усилий приложил Бай Сяочунь!
Кроме возгласов удивления, в толпе люди выражали и испытывали и другие различные чувства. Некоторые возмущались, кто-то завидовал, а кто-то смотрел с презрением. Но как бы то ни было, все видели, как упорно добивался своего Бай Сяочунь и сколько он потратил сил, чтобы продержаться. Конечно, в какой-то мере завидно было всем.
В это время в небе появилось шесть лучей света. И самым быстрым оказались не четыре главы горы с северного берега, а Ли Цинхоу с южного! Он появился почти в тот же момент, как Бай Сяочунь погрузился в транс. Взмахнув пальцем в направлении арены испытаний, он призвал защитное поле из света. Оно опустилось, скрывая Бай Сяочуня так, чтобы никто не мог его потревожить. Как раз к этому времени подоспели четыре главы горы и глава секты Чжэн Юаньдун. Старушка с Вершины Лепестков Ириса посмотрела на Ли Цинхоу, а потом на толпу. Подавив потрясение от факта, что Бай Сяочунь вошёл в состояние глубокого просветления, она гаркнула:
— Запечатать всю территорию вокруг арены испытаний. Не открывать, пока Бай Сяочунь не очнётся. Если кто-то потревожит Бай Сяочуня, это будет считаться изменой и будет наказываться соответственно!
Чжэн Юаньдун добавил:
— Сейчас же прикажите Залу Правосудия выставить здесь охрану!
В ответ ученики внешней секты склонили головы и уважительно соединили ладони.
Вскоре прибыло несколько десятков учеников из Зала Правосудия. Они заняли посты в различных местах вокруг статуи, где уселись со скрещёнными ногами, чтобы выполнять обязанности дхармических защитников.
К этому времени ученики внешней секты уже рассказали новость остальным. Все на северном берегу теперь знали, что Бай Сяочунь погрузился в состояние глубокого просветления. Бэйхань Ле и другие избранные ошеломлённо выскочили из пещер бессмертных и поспешили к арене испытаний. Когда они увидели, что Зал Правосудия взял Бай Сяочуня под охрану, то не знали, что и думать.
— Он действительно… в глубоком просветлении?..
— Семьдесят дней! Он продержался семьдесят дней!
— Не может быть, что он настолько обогнал нас. Я отказываюсь в это верить!
Бэйхань Ле, брата и сестру Гунсунь, Сюй Суна и других избранных внутренней секты переполняли очень сложные эмоции и мысли.
С воздуха четыре главы горы смотрели вниз на Бай Сяочуня, который сидел со скрещёнными ногами, закрытыми глазами и с рассеявшейся аурой. Все они вздыхали.
— Не думал, что у него действительно получится.
— Этот ребёнок долго и упорно готовился. Его успех — не просто удачное стечение обстоятельств.
— Интересно, как долго он будет пребывать в глубоком просветлении. Призрачный Клык пробыл в нём двадцать семь дней.
Пока главы гор вздыхали, в глазах Чжэн Юаньдуна горело предвкушение, он даже от души рассмеялся. С этого момента у него появилось ощущение: его учителю однозначно понравилось бы, что у него есть такой ученик, как Бай Сяочунь. На лице Ли Цинхоу сияла улыбка, а в глазах отражалось одобрение и похвала. Учитывая, что Бай Сяочунь находился посреди территории секты Духовного Потока, охраняемый Залом Правосудия, окружённый магической формацией, которую возвёл лично Ли Цинхоу, никто ниже стадии золотого ядра не мог побеспокоить его, пока он в глубоком просветлении. Даже если тут вдруг объявится эксперт на стадии золотого ядра, его без всякого сомнения убьют. Понаблюдав ещё немного, четыре главы горы, глава секты и Ли Цинхоу ушли.