Осенние ветра сменились периодическими снегопадами, и сильно похолодало. Снежинки кружили на ветру, и Бамбук Духовной Зимы во дворе Бай Сяочуня рос сильным и здоровым. Теперь он был выше Бай Сяочуня и выделялся изумрудно-зеленым цветом, как кусочек весны посреди зимних холодов.
Месяц прошел с тех пор, как он получил первое место на первой каменной стеле растений и растительной жизни. Однако второй том растений и растительной жизни был намного сложнее, чем он предполагал, поэтому его изучение продвигалось медленнее. Но это не влияло на самое важное для него — Чжоу Синьци не удалось отобрать назад первое место на первой стеле. К сожалению, Бай Сяочунь по-прежнему переживал, что не восстановил все растения на экзамене, ведь остались кусочки, которые он не успел собрать.
«У меня теперь потрясающая репутация. Нельзя позволить этой ведьме, Чжоу Синьци, обойти меня».
С этого момента Бай Сяочунь решил, что он продолжит трудиться еще усерднее, пока не достигнет своей секретной цели — гордо объявить перед всеми, что он и есть аптекарь Черепашка.
Хотя скорость изучения второго тома растений и растительной жизни и была медленной, его культивация Техники Неумирающей Вечной Жизни уже скоро могла достигнуть полного малого оборота. Боль становилась только невыносимее, но Бай Сяочунь оставался полностью сосредоточенным на словах «неумирающая» и «вечная жизнь».
«Еще три дня. В соответствии с описанием Техники Неумирающей Вечной Жизни, через три дня я смогу завершить малый оборот», — Бай Сяочунь глубоко вздохнул, стиснул зубы и продолжил бегать по двору, одновременно вникая в тонкости второго тома растений и растительной жизни.
Три дня быстро пролетели. К вечеру третьего дня пошел снег, окутавший Секту Духовного Потока одеялом мерцающего серебра. Бай Сяочунь бежал, когда вдруг дрожь прокатилась по телу, и он остановился. Боль, которая терзала его последние восемьдесят один день, неожиданно исчезла. Волна жара быстро распространилась внутри, скапливаясь на его коже так, что казалось, будто его зажаривают в печи. Снежинки таяли еще до того, как касались его, превращаясь в белый пар.
— Получилось! — несмотря на сухость в горле, обрадованно воскликнул он. Ему казалось, что он весь пылает, он посмотрел на себя и увидел, как черный свет струится по его коже, вращается вокруг, а затем исчезает. Бай Сяочунь потыкал правой рукой свое предплечье, ощутив, какой невероятно прочной стала кожа. Его глаза светились, он немного подвигал своими руками и ногами.
Бай Сяочунь сразу же понял, что стал намного быстрее, чем был раньше. Он помчался вперед и удивленно вскрикнул, когда в мгновение ока сразу оказался на несколько метров впереди. Его скорость была в два раза выше, чем раньше. В полном восторге Бай Сяочунь побегал немного вокруг, чтобы попривыкнуть к новой скорости, и остался крайне доволен.
Без всяких сомнений он продолжил практиковать культивацию Техники Неумирающей Вечной Жизни. Новый этап подразумевал закрытие рта и носа, а затем попытку дышать через кожу. Один вдох и выдох считались малым циклом. Чтобы совершить малый оборот, нужно было выполнять восемьдесят один малый цикл каждый день на протяжении восьмидесяти одного дня. Если он сможет совершить его, то вместе с болезненным малым оборотом, который он уже завершил, добьется первоначального успеха на пути приобретения Неумирающей Кожи.
После того, как Бай Сяочунь несколько раз попробовал так дышать, он понял, в чём секрет, и стал пытаться совершить один малый цикл. Он сразу же еще сильнее похудел. Еще он был зверски голоден, бурлящие звуки раздавались из его живота. Он проигнорировал их и продолжил дышать, отчего стал худеть еще сильнее. После пятнадцати вдохов-выдохов, его тело стало напоминать мешок костей. Казалось, что все питательные вещества высосаны из него. Однако его кожа выглядела еще более упругой, чем раньше.
Бай Сяочунь не мог больше терпеть. У него потемнело в глазах, они позеленели от неописуемого голода, который свирепствовал в нём. Он был так голоден, что мог бы проглотить целого слона за один раз.
«Так не пойдет! Я просто умру с голода!» Он оглянулся по сторонам, у него уже текли слюнки, но вокруг не было ничего съедобного, кроме подрастающего бамбука, который он выращивал, сейчас он казался весьма привлекательным. Больше не в силах терпеть жуткий голод, он метнулся к Бамбуку Духовной Зимы, впился в него зубами и оттяпал большущий кусок от одного из стволов. Послышался треск, когда он отдирал кусок от бамбука и прожевывал его. После того, как он всё проглотил, от горечи во рту его передернуло.
«Слишком горько… Мне нужна нормальная еда…»
Бай Сяочунь с тоской вспомнил про Кухни. Еще никогда в своей жизни он не был так голоден, казалось, что от голода он готов упасть в обморок. Его глаза еще больше позеленели, и он тяжело задышал. Наконец, он выскочил со двора. Он побежал вниз по склону горы, иногда встречая на своем пути других учеников Внешней секты. Им казалось, что мимо них пронесся порыв ветра, и они изумленно поворачивались и глядели вслед Бай Сяочуню. Он помчался вниз в квартал слуг и прямо к Кухням. Не желая тратить время на открытие ворот, он перелетел через них.
Повара на Кухне были заняты приготовлением еды. Теперь, когда Большой Толстяк Чжан и Третий Толстяк Хэй ушли, Второй Толстяк Хуан стал главным. Он как раз наливал в миску рисовую похлебку, но порыв ветра вдруг ударил ему в лицо, и миска пропала, а вместо неё возник раскрытый рот Бай Сяочуня.
— А? — Второй Толстяк Хуан был поражен и какое-то время стоял, разинув рот.
Прежде чем кто-либо успел сказать хоть слово, Бай Сяочунь схватил ближайшую сковороду и начал поедать содержимое. Очевидно, что этого не было достаточно, поэтому он просто опустил свою голову в глубокую сковороду и выхлебал всю рисовую похлебку… Из одной сковороды, из второй, из третьей… Бай Сяочунь быстро опустошил сто сковородок похлебки. Его желудок был похож на бездонную яму и до сих пор даже близок не был к насыщению.
«Я по-прежнему хочу есть! Это не помогает! Я так голоден… мне нужно мясо!»
Он как безумный быстро огляделся вокруг, и ему на глаза попались горы мяса, которыми были его Старшие братья. Толстяки с Кухонь, застыв от изумления, наблюдали за ним. Они и раньше встречали голодных людей, но никогда не видели кого-то настолько оголодавшего. Он походил на призрак человека, умершего от голода. Вдруг они поняли, что он смотрит на них и пускает на них слюнки. Второй Толстяк Хуан тут же быстро отступил, одновременно восклицая:
— Девятый Толстяк, быстрее, там на кухне есть духовная еда, которую мы приготовили для Старейшины Чжоу.
Глаза Бай Сяочуня заблестели, и он бросился на кухню. На улице Второй Толстяк Хуан и остальные в растерянности переглянулись.
— Вы это видели? Вот что случается с теми, кто становится учеником Внешней секты. Посмотрите, как оголодал наш Младший братишка…
— Пусть меня лучше изобьют до смерти, чем я соглашусь стать учеником Внешней секты!
Остальные толстяки все были твердо намерены придерживаться этого решения, конечно Бай Сяочуня им было немного жаль.
В это время Бай Сяочунь изо всех сил пытался контролировать себя и помнить о шести строчках правды Кухонь. Он только обгладывал края и не съедал всё целиком. Ведь если он нарушит правила, то за это придется отвечать его Старшим братьям, а он бы никогда не подставил их.
После всего этого голод Бай Сяочуня немного уменьшился. Он был близок к слезам, но теперь хотя бы можно было справиться с голодом. Эта Техника Неумирающей Вечной Жизни была слишком пугающей. Хотя теперь ему не приходилось терпеть боль, голод просто сводил с ума.
— Второй Старший брат… — сказал он, виновато смотря на Второго Толстяка Хуана.
Видя, что Бай Сяочунь пришел в себя, Второй Толстяк Хуан наконец почувствовал облегчение. Он подошел и сочувственно потрепал его по плечу.
— Младший братик, не волнуйся. Повезло, что мы как раз готовили еду для Старейшины Чжоу. Смотри, как ты проголодался! Ай-яй-яй. С этих пор заходи почаще, чтобы покушать, хорошо?