Хотя на деле ему это очень понравилось, но вместе с тем он хмурился. В конце концов, в то время как некоторые люди в секте обрадуются приходу кровавого дьявола, остальные… не позволят ему жить и сделают всё, чтобы уничтожить его!
«Я определённо не должен никому рассказывать о том, что случилось… Да. Быть выдающимся — иногда это так утомляет». Вздохнув, он выпятил подбородок и с видом одинокого героя взмахнул рукавом.
«Одним щелчком пальцев я, Бай Сяочунь, могу превратить секту Кровавого Потока в пепел…»
Он вздохнул, подумав, что в секте Кровавого Потока ему удалось добиться того, чего у него никогда не получилось бы в секте Духовного Потока. Он вспомнил обо всех своих достижениях здесь и ещё печальнее вздохнул. Потом он подумал про то, как под маской Сюэмэй скрывается Ду Линфэй, и в его глазах появился многозначительный огонёк.
«Сюэмэй… Ду Линфэй!»
Глубоко вдохнув, он сделал шаг вперёд и обратился к наследию внутри себя. Тут же перед ним появилась воронка, он вошёл в неё и исчез. Когда он снова появился, то оказался парящим в воздухе над сектой Кровавого Потока внутри кровавой ци, что образовывала образ его лица. Множество людей строили догадки о том, что же происходит. Вскоре они заметили его и начали удивлённо восклицать:
— Он вышел!
— Он оставался в теле Кровавого Предка гораздо дольше, чем все остальные кровавые дитя. Может быть, ему посчастливилось заполучить что-нибудь ещё?
— Хм. Черногроб определённо выглядит сильнее, чем прежде… — горько проворчал Сун Цюэ.
Сюй Сяошань вздохнул. Мастер Божественных Предсказаний стоял и дрожал. Множество взглядов тут же сосредоточились на Бай Сяочуне. Все были погружены в свои мысли. Однако культиваторы Средней Вершины задрожали. Давление, излучаемое Бай Сяочунем, заставило их невольно склонить головы и упасть на колени, чтобы поклониться.
Вся секта Кровавого Потока была потрясена. Бай Сяочунь парил в воздухе и наблюдал за культиваторами и их реакцией. Ему нравилось быть в центре внимания, и при любых других обстоятельствах он бы принял позу представителя старшего поколения. Но в этот момент ему было несколько не до этого. Вскоре его внимание привлекла Вершина Предков. Там он ощущал ауру Сюэмэй. Бай Сяочунь, конечно, радовался от того, что он теперь кровавое дитя или даже кровавый дьявол, но всё же не до такой степени, как мог бы. И причиной этому являлась Ду Линфэй.
— Значит, Ду Линфэй — это Сюэмэй… — прошептал он сам себе. — А Сюэмэй — единственная дочь патриарха Беспредельного, у неё очень высокое положение в секте Кровавого Потока…
Хотя Бай Сяочунь никогда раньше и подумать не мог, что Сюэмэй окажется Ду Линфэй, теперь эта мысль казалась ему вполне разумной. Ещё немного подумав, он сверкнул глазами и, превратившись в луч света, устремился к Вершине Предков. Когда он приблизился, на нём сразу сосредоточилось множество потоков божественного сознания, но никто не попытался помешать ему.
Не медля ни минуты, он добрался до горы и по ауре Сюэмэй нашёл её пещеру бессмертного. Она была окружена рощей из сливовых деревьев и наглухо закрыта. Очевидно, что Сюэмэй никого сейчас видеть не хотела. Бай Сяочунь стоял на границе рощицы и смотрел на большую дверь. Он хотел встретиться с Сюэмэй и кое-что у неё спросить! С тех пор как исчезла Ду Линфэй и до тех пор, пока глава секты Чжэн Юаньдун не назвал её шпионкой, этот вопрос не давал сердцу Бай Сяочуня покоя. Он хотел знать всё то, что случилось между ними в секте Духовного Потока, особенно те чувства, что возникли между ними, пока их преследовал клан Лочень… были ли они настоящими или нет?
— Сюэмэй, выходи, есть разговор! — сказал он громко, его голос разнёсся по рощице сливовых деревьев во все стороны. Все люди с Вершины Предков, которые наблюдали за ним, слышали его слова. Внутри Сюэмэй тоже их слышала. Однако, прождав какое-то время, Бай Сяочунь так и не получил ответа.
— Ду Сюэмэй, выходи, поговорим! — снова сказал он.
В этот раз его голос звучал ещё громче. К этому времени уже все патриархи с Вершины Предков наблюдали за развитием событий, а с ними и высшие старейшины, и даже кровавые звёзды в их помещениях для уединённой медитации. Они не знали, что случилось между Сюэмэй и Черногробом, но они легко представляли себе много всего, что вероятно могло произойти во время сражения между ней и Сун Цзюньвань, после которого Черногроб получил место кровавого дитя.