— Небеса слепы! Бай Сяочунь вернулся!
— Проклятье! Разве он не отправился получать опыт? Прошло только несколько лет, почему он так быстро вернулся?!
— Плохо дело! Численность духовных хвостатых кур только-только восстановилась…
— Аптекарь-демон вернулся!
Тут и там раздавались крики. А фениксы в небе, издав жалостливые крики, быстро скрылись с глаз. Остановившиеся в полёте культиваторы ахнули. Очевидно, что большинство тех, кто мог летать, находились на стадии формирования основания. Вспомнив жуткую сцену на площади, когда по вине Бай Сяочуня со всех срывало и разносило в клочья одежду, оставляя народ в чём мать родила, культиваторы испугались и быстро дали дёру. Ну, а простые ученики трёх гор, вспоминая страдания в прошлом, почувствовали, как их сердца наполнились горем и возмущением.
Чжоу Синьци стиснула зубы, в её сердце проснулась ненависть, когда она услышала слова Бай Сяочуня. Холодно хмыкнув, она решила никуда не выходить и продолжить занятия медитацией у себя в пещере бессмертного. Сюй Баоцай тоже нахмурился, почувствовав, что сейчас расплачется, и потерял всякое настроение куда-либо идти. Однако когда он вспомнил про статус Бай Сяочуня в секте, то вылетел из пещеры, чтобы встретить его.
Бай Сяочунь в ответ на все эти крики только моргнул несколько раз. Сухо прокашлявшись, он почесал нос, а потом посмотрел на Чень Фэя и его спутников.
— Ха-ха-ха! Сколько страсти, да?..
Со лба Чень Фэя капал пот, даже когда он напряг мозг, он не смог придумать, что ответить. Его подопечные благоговейно посмотрели на Бай Сяочуня, словно тот был богом. С трудом верилось, что один человек одним восклицанием способен заставить весь южный берег практически замереть.
Бай Сяочунь почувствовал себя неловко и немного раздражённо. В секте Кровавого Потока, когда он был кровавым дитя, то куда бы ни шёл, люди встречали его в высшей степени вежливо. Хватало его полуслова, гневного взгляда, и люди уже так пугались, что начинали трястись. Пока он про себя ворчал о том, как всё это несправедливо, с Вершины Пурпурного Котла вылетел луч света, в котором находился не кто иной, как Большой толстяк Чжан. Он запрокинул голову и издал протяжный вопль.
Хоу Сяомэй занималась уединённой медитацией, но сейчас она преисполнилась радости и вылетела из пещеры. А ещё нельзя забывать про Третьего толстяка Хэй и Хоу Юньфэя. Этих людей с Бай Сяочунем связывала искренняя дружба, они не разделяли общего порыва и радостно летели навстречу к Бай Сяочуню.
Чжэн Юаньдун прочистил горло. Не выйти он не мог. Он стоял на горе Даосемени и смотрел на Бай Сяочуня, думая обо всех его прошлых выходках и посмеиваясь про себя. И в этот момент с северного берега раздался радостный рёв. По воздуху, словно маленькая тридцатиметровая гора, летел Крутыш. Его сотрясающий небеса и переворачивающий землю крик заставил множество зверей северного берега завыть изо всех сил. Этот звериный рёв вынудил притихнуть весь северный берег. Многие ученики не понимали, в чём дело, и поднимались в небо. А когда они увидели Бай Сяочуня вдали на южном берегу, то у них тут же отвисла челюсть. Послышались охания и ахания вместе с потрясёнными возгласами:
— Бай Сяочунь!
— Он вернулся!
Многие ученики с северного берега закричали и попятились. Весть тут же распространилась, переполошив всех на северном берегу…
Бай Сяочунь от души рассмеялся и вышел вперёд навстречу к Крутышу. Крутыш остановился напротив Бай Сяочуня с широко распахнутыми глазами и выражением радости на морде. Сразу же он уменьшился, став такого же размера, как когда только родился. Он вцепился зубами в штанину Бай Сяочуня и отказывался отпустить, очевидно беспокоясь, что Бай Сяочунь может снова отправиться на поиски приключений один.
Сияя от радости, Бай Сяочунь наклонился и заключил Крутыша в объятия. Потом он обнял Большого толстяка Чжана, который изнывал о желании о чём-то рассказать ему. Но прежде чем он успел это сделать, подоспела Хоу Сяомэй, её ресницы затрепетали, когда она посмотрела на Бай Сяочуня. Большой толстяк Чжан тут же отошёл в сторонку.
Бай Сяочунь весело рассмеялся и посмотрел на Хоу Сяомэй. Он уже не был неискушённым юнцом, как прежде. После всего, что случилось в секте Кровавого Потока, он сильно повзрослел. Внезапно он поддался импульсу сделать шаг вперёд и обнять Хоу Сяомэй. Её лицо покраснело как помидор, она игриво надула губки и оттолкнула его.
Вскоре появились Хоу Юньфэй и Сюй Баоцай. Ещё прибыло много учеников, которым Бай Сяочунь помог в Бездне Упавшего Меча. Более сотни человек собралось вокруг него, радуясь его возвращению. Через какое-то время они отправились к горе Даосемени, смеясь и болтая по пути, рассказывая Бай Сяочуню обо всём, что случилось в секте за время его отсутствия. Почти сразу Бай Сяочунь спросил о Ли Цинхоу. Никто точно не знал подробностей, но плохих новостей тоже никто не слышал. Бай Сяочунь почувствовал себя немного лучше, узнав это.