По тому, как глаза Чжао Тяньцзяо восхищённо сияли, можно было сразу понять, что он хотел присоединиться к одному из пяти легионов. Бай Сяочунь с трудом сглотнул. Когда он увидел знамёна, то решил во что бы то ни стало держаться от легионов подальше. Чжао Тяньцзяо с энтузиазмом рассказал ему всё, что знал.
— Сяочунь, а знаешь ли ты, что по ту сторону великой стены у варваров есть так называемый список приговорённых к смерти? Как только твоё имя попадает в него, то любой варвар пойдёт на всё, только чтобы убить тебя. Генералы пяти легионов находятся в первой десятке этого списка, и самое высокое положение в нём у генерала Сдирателей Кожи Бай Линя. У него такая же фамилия, как у тебя, и в списке приговорённых на смерть он идёт сразу после пяти дэвов секты.
Чем больше Бай Сяочунь узнавал о великой стене, тем всё более опасной она ему казалась.
467. Сдиратели Кожи
Когда группа приблизилась к великой стене, то в какой-то момент их накрыло волной колебаний, которые заставили их замереть и не шевелиться. Колебания нельзя было увидеть невооружённым глазом, их невероятная ограничивающая сила почти сразу полностью сковала каждого в группе. Даже Чжао Тяньцзяо внезапно остановился и не мог пошевелить и пальцем. То же самое случилось с Чень Юэшань, Бай Сяочунем и остальными. Все они внезапно встали столбом и застыли как вкопанные.
Потом окружившая их сила использовала какие-то неизвестные способы, чтобы изучить их удостоверяющие медальоны и убедиться, что они принадлежат именно им. Даже дочь трехглазого Чень Хэтяня Чень Юэшань очень внимательно досматривали. После этого колебания проникли внутрь и начали исследовать их души! Это продолжалось всего мгновение, но даже короткий миг такого обследования заставил всех задрожать от страха, словно после соприкосновения с самой смертью. В конце концов, если бы при этом досмотре сила обнаружила у них хотя бы намёк на враждебные намерения, то их вне всяких сомнений сразу бы убило. После тщательного досмотра колебания постепенно отпустили их, исчезая, и группа снова смогла двигаться. Помрачнев, они продолжили путь к городу Великой Стены.
В то время, пока небольшую группу проверяли на подступах к городу, где-то в городе Великой Стены открылась дверь, и из неё вышел культиватор средних лет в чёрных доспехах. Он излучал колебания великой завершённости формирования ядра, а также холодную убийственную ауру, которая становилась всё более осязаемой с каждой минутой. Человек сделал всего четыре шага, но при этом смог сразу же оказаться прямо перед группой новоприбывших. Даже Чжао Тяньцзяо ощущал, что убийственная аура этого человека необычна и уникальна. Когда тот увидел Чень Юэшань, то тут же соединил руки и поклонился.
— Я ваш покорный слуга, полковник Ли Хунмин из легиона Сдирателей Кожи. Проверка, которую вы прошли, является частью обязательного протокола. У магической формации города Великой Стены есть специальная функция, которая строго изучает всех приходящих. Я надеюсь, что вы простите меня за это неожиданное неудобство, — по тому, как говорил Ли Хунмин, было ясно, что он не ожидает ответа от кого-то из них, а напротив, хочет, чтобы они внимательно его слушали. — Внутри города Великой Стены останавливаться и гостить запрещено, поэтому всех остальных участников испытания огнём даже не пускают внутрь. Они могут только выходить за пределы стены и возвращаться обратно через боковые ворота. При этом проходить через ворота нужно не дольше, чем горит палочка благовоний. Однако патриарх-дэв отдал приказ, чтобы вашу группу пропустили в город, но только на один день. Потом вам придётся уйти… Мне поручено сопровождать вас на протяжении вашего визита в город, вы должны постоянно находиться в моей зоне видимости. Пожалуйста, не нарушайте это предписание, — потом он повернулся и пошёл к городу.
Когда Бай Сяочунь рассмотрел Ли Хунмина, то понял, что основа культивации того только немного превосходит основу культивации его самого, но при этом убийственная аура намного сильнее. Более того, глаза полковника, казалось, излучали кровавый свет, словно он убил так много душ, что даже сложно посчитать. На самом деле то, что такой человек был всего лишь полковником — имел в подчинении всего тысячу человек, потрясло Бай Сяочуня, оставив глубокое впечатление о мощи пяти легионов. После какого-то времени, проведённого в молчании, Чжао Тяньцзяо поспешил за Ли Хунмином и спросил:
— Брат Ли, почему при досмотре на входе в город исследовали даже наши души?
Не поворачивая головы в сторону Чжао Тяньцзяо, Ли Хунмин ответил: