Место, где он только что стоял, захлестнула зелёная энергия. К сожалению, все Сдиратели Кожи, которые оказались в радиусе ста метров от этого места, пострадали от колебаний этой энергии, сразу же превратившись в кровавые лужицы. Никто из них не успел даже вскрикнуть, прежде чем умереть. Все вокруг Бай Линя и Бай Сяочуня мгновенно погибли. Что касается Сдирателей Кожи, которые не попали в зону поражения, то их лица побледнели от ужаса.
Бай Сяочунь закашлялся кровью. Его кости оказались близки к тому, чтобы сломаться, даже пять органов инь и шесть органов ян чуть было не разрушились. И это только от колебаний атаки, а не от самой зелёной энергии. Оглядев лужицы крови, оставшиеся от окружающих культиваторов, сердце Бай Сяочуня задрожало.
— Вы… — но прежде чем он успел ещё что-то сказать, он снова закашлялся кровью. Благо, у него было мощное физическое тело и основа культивации золотого ядра. По этой причине ему удалось избежать смерти. Но всё равно он оказался серьёзно ранен.
Выплюнув ещё немного крови, он увидел, как иллюзорного некроманта уничтожил взгляд огромного ока с пагоды. За мгновение до того, как некромант погиб, в его глазах можно было рассмотреть неверящий взгляд, говорящий: «Как ему удалось выжить? Как Бай Сяочунь избежал смерти?!»
Изначально некромант полагал, что если даже Бай Сяочунь сможет каким-то чудом избежать его атаки, то колебания от неё, безусловно, смогут уничтожить любого культиватора формирования ядра, поэтому ему не спастись. В конце концов, основа культивации некроманта находилась на уровне псевдо-дэва, кроме того, ничего не предвещало попытки покушения. Чтобы гарантировать её успех, дикие земли пожертвовали более чем сотней гигантов-дикарей, чтобы обеспечить отвлечение внимания, и тремя культиваторами душ. К тому же для самого убийства использовалась душа могущественного некроманта. И всё это было сделано, чтобы убить Бай Сяочуня. Уже от одного его вида обитатели диких земель зверели от ненависти, но в то же время их попытка расправиться с ним не удалась.
Со лба Бай Сяочуня катился пот. Ощущение угрозы гибели оказалось слишком острым. Три культиватора душ тоже были очень могущественными и обладали основой культивации зарождения души. Что касается некроманта, то он находился на том же уровне, что и Бай Линь — в полушаге от царства дэвов. Из-за того что атаку производила только его душа, а также из-за особых техник в его распоряжении, он смог проникнуть через защитный барьер, чтобы нанести один-единственный магический удар. Если бы Бай Линь не оказался поблизости, то Бай Сяочунь не смог бы избежать этого удара, даже если бы обладал ещё большей скоростью.
У Бай Линя на лице появилось неприглядное выражение. Бай Сяочуня, стоящего прямо рядом с ним, чуть не убили. Это само по себе уже являлось наглой провокацией. Бай Сяочунь был очень важен для него. Возможно, если бы он уже успел приготовить большое количество пилюль Собирающих Души, с его потерей ещё бы можно было смириться. Но сейчас он не успел даже приступить к их перегонке. Если бы он умер сейчас, то это было бы большим ударом для культиваторов города Великой Стены. Сильно забеспокоившись, Бай Линь подбежал к нему и протянул лекарственную пилюлю, мерцающую пурпурным светом.
— Прими эту пилюлю Божественного Следа.
По одному лекарственному аромату пилюли Бай Сяочунь сразу же смог понять, что это мощная пилюля для заживления ран. Не сомневаясь ни мгновения, он положил её в рот, и почти сразу всё его тело наполнилось духовной энергией и жизненной силой. В то же время все раны начали быстро исцеляться. Подобных чудесных пилюль Бай Сяочунь не видел ещё никогда в жизни. Он сразу понял, что она неимоверно ценная. На самом деле Бай Линь хранил её наготове на случай, если тяжело ранят его самого. Однако сейчас Бай Сяочуня это не особо волновало. Повернувшись к Бай Линю, он произнёс:
— Генерал Бай, позвав меня на великую стену, чтобы понаблюдать за сражением, вы много раз повторили, что здесь я буду в безопасности.
Бай Сяочунь по-прежнему ощущал остаточный страх. Как только он договорил, то отошёл подальше от края стены. Бай Линь как нельзя сильно чувствовал свою вину. Сложив руки и извинившись перед Бай Сяочунем, он гневно глянул на поле боя, и в его глазах сверкнуло намерение убивать. Конечно, Бай Сяочунь не злился на Бай Линя. Если бы Бай Линь не помог ему, то он бы уже погиб.