Чудовищный бас Акамира заставил всех умолкнуть, после чего он рассказал обо всем и отдал приказ всему женскому населению одевать своих деток и двигаться по направлению к реке … и переправиться на другой берег с помощью лодок. “Белослав, Мокроус и Святослав сопроводят вас, а остальные останутся здесь отстаивать нашу землю”, - в довершении сказал Акамир и приказал исполнить. Никто не посмел и слова поперек сказать, за исключением Конрада, который лишь сильнее прижался к отцу и спросил, указывая на его рану: “Папа, ты ведь не станешь волколаком? Ты же сильный, папа. Пообещай мне, что не станешь зверем!”. Акамир оттолкнул ребенка, приказав ему оберегать маму и помочь всем селянам перебраться через реку. Сказал он это сухо, практически без любви, однако причина сему была проста: Акамир не хотел позволить эмоциям подчинить его железный дух. Добромир ещё долго оставался с семьей, пока Ингварр стоял в сторонке, расхаживая из стороны в сторону. Зрелые мужчины быстро оделись, попрощались со своими родными, и собрались рядом с Акамиром. Матери ещё долго удерживали своих сыновей, проливая горькие слезы, но в конечном итоге Акамир лично велел им ступать и не пробуждать лишних эмоций в юных воинах. Лучники заняли позиции на палисаде, где разожгли небольшие костры в ведрах, дабы использовать огненные стрелы. Акамир знал, что шерсть волколака вряд ли можно будет поджечь таким слабым пламенем, но надежда все ещё была. К тому же, эта мера немного успокоила воинов, не особо верующих в свою силу и силу своего клинка. Множество женщин изъявили желание остаться, но Акамир жестко воспрепятствовал этому. Едва живого Ратибора подхватили два сутулых старика и потащили к околице, однако раненый неожиданно пришел в сознание и попытался встать. “Я останусь…это моя земля…Акамир, друг мой…позволь” - повторял он, но Акамир оказался непреклонен.
-Неужто ты ослеп, Акамир? - произнес Ингварр. - Он желает умереть на своей земле, так почему же ты отчаянно желаешь смерти его в чуждых ему местах?
-Он не умрет! - сурово настаивал Акамир. - Наши селяне помогут ему пересечь реку, где он вновь встанет на ноги. Он выживет!
-Акамир, друг мой, - подойдя ближе, озабоченно продолжал Ингварр. - Взгляни на этого несчастного ещё разок и повтори сказанные тобой слова.
-Я все сказал, Ингварр. Его доставят в ближайшее селение за рекой, и он выживет.
В этот момент из лесного массива донесся зловещий вой волколака.
-Оставим разговоры, нам нужно готовиться, - поспешно промолвил Акамир и ушел, но Ингварр добавил:
-Позволить ему дожить до рассвета не значит спасти.
Тут-то Акамир развернулся и ударил Ингварра в лицо, после чего извинился и затерялся в толпе. Крепким же был кулак Акамира, будто стальной, но Ингварр по-прежнему стоял на ногах, чем не мог не вызвать восхищения у близстоящих воинов. Только шагнул Ингварр, как вдруг подкосились ноги его, но София вовремя подхватила брата и горячо обняла его.
-Да как же ты так решился поперек Акамирова слова ступить? - пробормотала София, вытирая кровь, хлынувшую из мужского носа.
-Его упертость губит нас. Я отчетливо это вижу, София.
-Я верю ему, и ты должен, - успокаивала София. - Он готов отдать жизнь за всех нас! Он желает всем нам света, отправляясь в пучину тьмы.