Впереди высились три плотно стоящие друг к другу прямоугольные башни. Самая большая из них стояла посреди поляны, та, что поменьше, пристроилась слева, а самая маленькая была построена позади большой. На крышах реял флаг с гербом семьи Ларсен, властвующей крепости Боун. Светозар разглядел на нем кость, воткнутую посреди кургана. Ни единого воина поблизости не оказалось. Ни единого лучника. Катрин спряталась за спину своего защитника и просила его поскорее уйти. Светозар сказал, что им нужно добыть пищу, дабы не помереть голодной смертью. Этот довод был слабее детского страха. Вход в укрепление был разрушен. Вместо дверей в нем сияло большая дыра, от которой исходили десятки трещин, обвивающие постройку. Внутри правила тотальная разруха. Все было перевернуто. Стены залиты кровью. Изувеченные останки воинов разбросаны по углам. Катрин тошнило от запаха. Светозар взял её за руку и подал платок. “Уж не серчай на меня, но не пущу тебя наружу, - сказал он. - Быть может волколаки все ещё стерегут это место”. Обойдя все башню, он насчитал десять звериных тел. Подсчитать людские потери было практически невозможно - большинство тел были растерзаны. Глубокий вдох, прерываемые надтреснутым завыванием, испугал Светозара. Умирающий волколак лежал в мякоти человеческих внутренностей. Не множество открытых ран тревожили его, но переполненный мясом разбухший живот. Увидев Светозара, волколак совершил усилие и, перевернувшись на бок, лениво потянулся лапой к очередной жертве. Светозар шагнул назад, прикрывая рукой Катрин. “Лежишь значит, отдыхаешь, - злобно процедил он. - Даже отбился от стаи, дабы набить свое несчастное брюхо”. Зверь будто бы понял сказанные слова и оскалил зубы. Светозар побоялся подходить к нему и раздобыл лук и стрелы. Натянув тетиву ртом, он прицелился. Стоило зверю разинуть свою мерзкую пасть, стрелы вошла внутрь и пробила шею насквозь. Катрин дернула Светозара за кольчугу. “Вы слышали?” - спросила она и, дождавшись отрицательного ответа, побежала вверх по лестнице. Оказалось прямо под крышей располагалась клетка с посыльными сороками. “Птичье мясо, видимо, им не по зубам”, - посмеялся Светозар. Катрин восприняла эту шутку очень мрачно, отчего он откашлялся и затих. У окна он заметил кровавую дорожку, которая привела его к верхней половине тела одного из Белых доспехов. Из его окаменевшего кулака торчал кусок пергамента. Записка была призвана предупредить крепость Боун о надвигающемся зверье.
-Далеко ли отсюда эта крепость? - спросил Светозар у Катрин.
-Не помню. Может день-два.
-В таком случае мы опоздали, - Светозар положил записку на стол. Катрин взяла её, свернула и послала ворона.
-Это бесполезно, - в мужском голосе прослеживалось отчаяние. - Если волколаки ещё не разрушили крепость, то точно разрушат её этой ночью.
-В любом случае мы должны были отправить послание, - Катрин стояла на своем. - Я хочу знать, что сделала все, что могла.
-Верно, дитя, - улыбнулся Светозар. - Ты правильно говоришь.
Теперь же, убедившись в том, что волколаки уже на подходе к крепости Боун, Светозар не видел причин идти туда. Катрин же наоборот верила в силу защитников крепости. Ссылаясь на свои предчувствия, она убеждала его в том, что крепость не пала и ни за что не падет. Светозар решил пойти на юго-восток, надеясь отыскать лазейку в Южные земли. Катрин долго упиралась, но совладать с его силой так и не смогла. Ей пришлось подчиниться.
Обрубленная мужская конечность гноилась. Светозар чувствовал, как лишался своих прежних сил, как болезнь крови нещадно губит его. И очи его тускнели, и кожа пестрела сыпью, и пот выступал на его лице. Его бросало то в холод, то в жар. Пройдя сотню шагов, Светозар просил отдыха. Каждый последующий день он ожидал с замиранием сердца. “Не выживу я, - думал он, - а если такая участь настигнет меня очень рано, то не выживет и она”. И мысль эта заставляла его вновь вставать на ноги и вести маленькую Катрин. Но зачем? Стоило ли претерпевать такие страдания, ради иллюзии? Боги дали ему шанс покинуть этот фальшивый мир, но почему же он так отчаянно цепляется за возможность обезопасить жизнь этой девочки? Светозар не переставая задавался этим вопросом, и все равно чувства торжествовали над разумом.
“Смотри!” - однажды воскликнула девочка, указывая куда-то в небо. Светозар лежал у костра и полуобморочном состоянии. Его невероятно знобило. Разглядев двух танцующих в небе драконов, глаза его широко раскрылись. “Смотрите, как красиво”, - сияющим голосом произнесла Катрин. Светозар впервые за все время увидел улыбку на лице этой милой девочки. И болезнь ненадолго отступила. Он отдал бы даже свою жизнь, если на её исходе ему ещё раз доведется узреть столь чистое, не испорченное жестокостью настоящего времени личико.