-Пожалуйста, - произнес муж, когда Ядвига вернулась к костру. - Если, конечно, ты хотела отблагодарить меня. Ты Дева Сломанного Меча, так?
-Так. А ты, видимо, и есть Херн-охотник? - спросила Ядвига и присмотрелась к нему. Несколько темных локонов были сплетены в маленькую косу, свисующую чуть ли не до челюсти. Лицо его было вымазано в грязи, на фоне которой выделялись яркие зеленые очи. Все тело скрывала темно-зеленая накидка, из-за которой частично выглядыла черная рубаха, подпоясанная множеством ремешков. Штаны были заправлены в туго завязанные и при этом идеально вычищенные сапоги.
-Да, мое имя Херн. Я слышал о тебе, как о великой деве, способной предотвратить гибель человечества. Интересно, как ты это сделаешь?
-Пока не знаю. Я рассчитывала на твою помощь.
-Мою? - рассмеялся Херн. - Я уже оказывал помощь давным-давно. Хватит с меня бесславных подвигов.
-Бесславных? Я слышала, ты герой, загубивший волколаков первого нашествия. Разве это не так?
-Это так, но откуда тебе об этом известно?
-Обращенные волколаки рассказали.
-Ах эти, - воскликнул Херн. - Да, пытался спасти их от плохой участи. Только вот меня никто не услышал, потому что мой вклад в победу был, видите ли, не таким уж большим. Волколаков отправили на север, а я отрекся от своих союзников и ушел на восток. Меня даже не упомянули в летописях!
-А откуда ты знаешь меня?
-Один мудрец поведал мне о своем сне, где дева отсекала одну его ветвь Мирового древа своим мечом…ну, точнее, его обрубком. Он спросил меня, стоит ли рассказывать об этом всем остальным и я ответил, что стоит. Они и рассказал. Мудрецы восприняли его сон, как видение…или пророчество, в общем, ты поняла меня, я не силен в этих словечках. Они собрали народ и озвучили пророчество, которое, к слову, следовало после пророчества о втором пришествии волколаков. То есть они представили тебя, как великую воительницу, которая уничтожит волколаков раз и навсегда. А люди уже тогда относились к мудрецам настороженно, обвиняя их в создании этих самых волколаков. А тут ещё и пророчество о втором нашествии спустя несколько недель после окончания первого. Естественно люди не оценили такого жеста и объявили мудрецов сторонниками зверья. Так их и истребили, а все их знания объявили запретными. Пророчество о втором пришествии еле-еле дожило до нашего времени, а вот пророчество о тебе как-то забылось. Немногие знают о тебе. Далеко немногие, я бы сказал.
-Ты знаешь обо мне. Этого достаточно.
-И что толку? Я, конечно, не уверен, что ты одолеешь всех волколаков, но и помогать тебе я тоже не стану. Если человечеству суждено сгинуть, то пусть сгинет. Мне до этого нет никакого дела.
-В твоих словах звучит старая глупая обида, - упрекнула Ядвига.
-Да, я обижен, потому что мои заслуги перед человечеством не признали. И я буду рад наблюдать за падением последнего людского оплота. Я уже знаю, о чем ты скажешь. Мол, если волколаки уничтожат всех, то рано или поздно примутся за меня. Быть может так и будет, но я уж лучше буду сражаться за свою жизнь, чем за чью-то ещё. Словом, удачи вам в предстоящей бойне.
Херн встал и побрел вдоль берега. Ядвига не могла подобрать правильных слов, способных изменить твердое решение Херна. Его слова смешались в её голове, образовав несуразное кипящее варево. Она нашла Херна, но даже не подозревала об его отказе пойти за ней. Дальнейшая неопределенность пугала Ядвигу больше, нежели сражение с волколаками в одиночку. Мгновенная мысль оставить свою великую цель и прожить остаток дней в уединении не закрепилась в её разуме. Была и другая мысль, советующая объединиться с людьми и сражаться с ними бок о бок. С одной стороны, её завлекала возможность прожить остаток жизни среди людей, чего она желала ещё будучи в изгнании. С другой стороны, Великая цель, исполнение которой сделает её героем и обессмертит её имя. Проблема была лишь в том, что второй вариант был практически невыполним.
-Хотя, - остановился Херн, подняв вверх указательный палец. - Мы можем заключить сделку. Как тебе такой вариант?
-Что ты хочешь?
-Мне нужно раздобыть одну вещицу. А находится она на небольшом клочке земли, окруженным трясиной. Если поможешь мне, то я помогу тебе.
-Что же это за вещица, ради которой ты готов сражаться с волколаками? Да и в чем состоит трудность преодолеть эту трясину?
-Я покажу тебе, - улыбнулся Херн. - Выступаем утром.
Ядвига не стала спорить и улеглась на траве. Остаток ночи она ворочалась, пытаясь уснуть, и только к рассвету задремала. Херн сидел рядом, задумчиво вглядываясь в колеблющиеся языки пламени. Синева уже вытесняла чернь с неба. Первые лучи солнца зажгли верхушки деревьев. Херн велел Ядвиге просыпаться и толкнул её в бок. Разомкнув покрасневшие очи, Ядвига позавтракала, наполнила флягу водой, после чего изъявила готовность тронуться в путь. До трясины они добрались гораздо быстрее, нежели она предполагала. Серая дымка укрывала топь, оставляя лишь размытые очертания камышей и холмов. Въевшийся в нос запах гнили и сырости дурманил голову. Мягкая почва так и норовила утянуть невнимательного путника в свои недра. Херн ступал впереди, прощупывая землю палкой. Ядвига шла позади, но держалась на расстоянии. “Боишься, что я потащу тебя за собой, если буду тонуть? - смеялся Херн. - Правильно делаешь”. Ядвиге периодически оглядывалась и понимала, что пути назад уже нет. Высокие заросли обвивали тропу, словно утягивающая её в пучины мутных вод. Полчища насекомых крутились меж камышей. “Ага, - произнес Херн, указав на заброшенную мельницу, расположенную на другом берегу. - Вот и она”. Обогнув берег, Херн вдруг остановился. Он повернулся к Ядвиге и толкнул её палкой, а сам отпрыгнул на другой кусок земли. Внезапно накатившая волна смыла тропу.