-Не могу я так больше! - воскликнула она, даже не боясь разбудить Януша. - Не могу! Я не поверю в смерть всех защитников, пока не увижу их тела.
-Даже если и так, - начал Белослав. - Волколаки наверняка оставили от них лишь обглоданные кости.
-Не верю, - воспротивилась София. - Я отправляюсь в Вержавск, и ты не остановишь меня. Если запрешь в избе, я буду колотить дверь. Если свяжешь, я буду кричать. Если заткнешь рот тряпкой, я буду колотить стены связанными руками. Ты не удержишь меня!
-Не удержу, твоя правда, - вздохнул Белослав. - Если уж твой собственный сын не может тебя удержать.
-Ни слова о нем, - успокоившись, молвила София. - Он дорог мне, но и жить в вечных терзаниях я не желаю. Мой мальчик не пропадет, он уже совсем взрослый. А я вернусь. Обязательно вернусь к нему.
-Я отправлюсь с тобой, - твердо сказал Белослав. - Одна ты пропадешь в этом лесу. После снежной бури там и ходить нечего.
-А ты будто бы знаешь дорогу? - надменно вопросила София.
-Для начала мы отыщем Лешего, а уж потом двинемся к Вержавску.
-Лешие вымерли ещё в эпохе Рассвета, если ты не знал. Они обитали лишь в северных землях и волколаки истребили их всех.
-К юго-западу отсюда расположена хижина Лешего, - заявил Белослав со знанием дела. - Я подслушал разговор старейшин. Они хотели отправиться к Лешему и узнать у него о нашествии волколаков, которым ты пугала все селение.
-Тогда собирайся, - жестко сказала София. - Буду ждать тебя на околице. И поторопись.
Белослав быстро собрал свои вещи, не разбудив своей матери, и встретился с Софией в условленном месте. Натянув капюшоны, они двинулись на юг, где, по заверением Белослава, река мельчала и её можно было запросто пересечь. Белослав говорил, что за все время проживания в Воино он крепко сдружился с местными селянами. Он помогал им в хозяйстве, ходил на охоту, рассказывал о жизни “за рекой”. По его словам, старейшины хотели пригласить его на совет в ближайшем времени, а пока ему удавалось тайком подслушивать их собрания. Софию не интересовали успехи Белослава, и весь его треп она пропускала мимо ушей.
Где-то к полудню они достигли мелководья и далее, перейдя реку, держались строго западного направления. По пояс утопая в снегах, София уверенно шла вперед, а Белослав неохотно следовал за ней, украдкой поглядывая на деревья. Переживал он, как бы не выскочил из темной чащи волколак. А если выскочит, то путешествие можно считать оконченным. София же не обращала внимания ни на треск ветвей, ни на завывание ветра, очень похожее на звериный вой. Очередной хруст ветвей все-таки вынудил Белослава достать лук, и он выстрелил в дерево позади себя. И, как оказалось, не зря. Карликовое существо, одетое в темные обноски свалилось в сугроб с мгновенным выкриком. Белослав тихонько подобрался к яме, но никого не застал. Карлик вдруг вынырнул рядом с Софией и поломанным голосом молил не убивать его. Девушка приказала Белославу опустить лук, но Белослав все ещё настороженно относился к незнакомцу. Уродливый он был, совсем омерзительный. Ростом с ребенка. Лицо его было каким-то сморщенным и потрескавшимся и совсем посиневшим от холода. Глаза его мерцали синим оттенком. Само выражение лица его было тоскливым, а порой испуганным. Карлик назвался именем Варди и сказал, что может отвести их к Лешему. Белослав вдруг спросил, является ли он сыном этого самого Лешего, но Варди предпочел не отвечать на этот вопрос и сказал держаться за ним, после чего запрыгнул на дерево и резво поскакал дальше. София и Белослав поспевали за ним, огибая одно дерево за другим, поворачивая тут и там, забредая в местность, где снежные волны были по плечи и покидая её там, где сугробы достигают лишь колен. Весь оставшийся день они брели по лесу и глубокой ночью решили сделать привал и перекусить. Варди робко молвил, что готов идти целых три дня и не устать, а слово “отдых” ему не ведомо. Белослав открыто не доверял этому существу и настойчиво выспрашивал его о происхождении. Карлик отвечал лишь, что без труда проведет их к Лешему, но затем они распрощаются, ибо бесполезны они ему в любых делах. Белослав видит в этом бескорыстии ловушку, а София склонна принять помощь Варди, ведь иной путь поведет её разве что к смерти в снегах. Отоспавшись, они продолжили путь. Через некоторое время Варди сказал, что они пришли и, резво спустившись с дерева, пропал в сугробах. Белослав напомнил Софии об осторожности, но та лишь быстрее пошла вперед, чуть ли не руками разгребая снег перед собой.