-Ну что, Йоран, доволен? - спросил Лех, пытаясь совладать с тремя противниками.
-Ты и не предупреждал, что их невозможно сразить, - с порицанием произнес Йоран. - Вместо упреков скажи лучше, как нам их одолеть?
-Всем, что источает тепло, - отвечал Лех, парируя удары врага. - Огонь, раскаленный металл или даже твое собственное тело.
-Тогда меч тебе ни к чему. Рви их руками.
-Мое тепло запрятано глубоко в сердце, - Лех показал свои синие руки. - А что насчет тебя?
-Понятия не имею, - Йоран отбросил трость, впился руками в шейный позвонок воина и попытался сломать его. Он рассчитывал на собственное тепло, пробужденное в бою, однако его расчет провалился. Мертвец рассек его живот своим обледенелым мечом и отбросил навзничь. Лех подхватил старика и принялся бежать дальше, уклоняясь от смертельных ударов.
-Эх, Йоран-Йоран, а ты ведь ни капли не изменился. Вновь глупость сделал, как и всегда, - качал головой Лех.
-Замолчи, идиот, - с недовольством ответил Йоран. - Нужно было попытаться. А теперь поспеши, пока они нас не нагнали.
И Лех спешил. Он боялся, что враг будет гнать их до самой смерти, ибо в таком случае их смерть будет неотвратимой. Йоран не признавал своей вины в произошедшем. Точнее, не признавал её открыто. Где-то в душе он все-таки сожалел о содеянной глупости, проклиная себя за излишнюю наивность, навеянную воспоминаниями.
Со временем павшие воины отставили преследование живых. Они остановились, выстроившись в ряд, и с пустотой в глазницах (и глазах, у кого они уцелели) прошивали бессмысленным взглядом Йорана и Леха.
-Они остановились, - обернувшись, сказал Йоран. - Можешь уже поставить меня на землю и отдохнуть.
-Некогда нам отдыхать, - Лех отпустил старика. - Мы пришли.
И действительно на отдых уже не было времени, так как стояли они уже перед гробницей Первого волколака. Гробница была в виде огромного черного обелиска, на стенах которого были выточены рисунки зверей.
-А что с теми? - спросил Йоран, указывая на стоящих в ожидании мертвецов.
-Они не подойдут ближе, чем есть, - ответил Лех. - Покойник не пускает их.
-Даже мертвецы боятся Вольгу, - улыбнулся Йоран. - Ну, немудрено! Будучи живым он вселял страх в душу каждого.
-Даже в твою?
-Даже в мою. Но сейчас я тысячелетний старик и испугать меня может только вечная жизнь.
Лех и Йоран добрались до входа в обелиск, но отворить ворота не успели. Раздался вой. По поверхности обелиска спустились несколько волколаков. Одни были худощавыми, как и ранее, но другие выглядели очень крепкими и здоровыми. Лех недоумевал. Йоран объяснил ему, что более-менее упитанные волколаки относятся ко Второму нашествию и большинство их них сейчас опустошают западные и восточные земли. И все равно Лех недоумевал, почему существовала такая разница. Но на раздумья времени не было. Точнее, напавшие волколаки лишили их этих раздумий. Пока Лех расправлялся с тремя крупными зверями, Йоран пытался разбить хотя бы одного худощавого волколака. Старик старался изо всех сил, размахивая тростью и железной рукой, однако звери оказались более шустрыми. Один особо прозорливый волколак распорол живот старика и поднял его ввысь с характерным рыком. Тут-то старику и удалось ударить зверя по голове. Волколак заскулил и отпрыгнул назад, но другие волколаки и не думали оставить Йорана. Они терзали его когтями и зубами, швыряли из стороны в сторону, но эти истязания только закаляли старика. Он становился все быстрее и проворнее, его дряблая кожа вновь обрела гладкость и эластичность, седые волосы окрашивались в черный цвет, а тело набирало массу. Лех дивился омолаживанию Йорана, хотя сам Йоран и не замечал этого. Вскоре его превосходство над зверем стало очевидным. Йоран рвал им пасти, ломал шеи, перемалывал кости ударами удивительно крепкой трости. Вот она, сила героя Первого нашествия! Сильный, но неуклюжий Лех едва ли мог сравняться с ним в силе. Тысячелетия, проведенные в землях вечной зимы сказались на всем его теле. Морозы севера хоть и даровали ему долгую жизнь и высокую живучесть, но навсегда забрали гибкость, заменив её окостенелостью. Когда Йоран свернул шею последнему волколаку, он взглянул на Леха, потом на себя, и потом вновь на Леха, но уже с веселой ухмылкой. Он помог Леху подняться на ноги, и вместе они пошли к дверям, ведущим внутрь обелиска. Его всего распирало от внезапного прилива сил. Он даже осмелился подумать о том, что его убеждения, слова, мудрость и прочее - фальшь, серия оправданий своего существования, свойственная любому старику.
-Скажи мне, как человек знающий, - начал Йоран, облизывая обелиск своим живым взглядом, - почему останки Вольги заключили сюда, а не уничтожили подчистую?