-Мой пасынок Варди бывал в той местности пару дней назад, - промолвил старик, подняв пустые глаза на девушку. - Ветра уж давно замели селение, только дымоходы виднеются. В тех краях сугробы уж давно поднялись. Они гораздо выше здешних. Гораздо. Вы ведь на севере еще не были, там и вовсе сугробы доходят чуть ли не до макушек деревьев. А в Вержавске вам и делать нечего. Совсем-совсем нечего. Там уж и живых нет.
-Вот видишь! - влез Белослав. - А ведь все говорили тебе! Нет там уже никого. Никто не выжил в этой борьбе!
-А вы вот зря выжили, - сказал Леший, повернув голову к испугавшемуся Белославу. - Зря вы дожили. Очень зря. Погубит вас мороз, ух погубит! Вам и вовсе стоило родиться в Солнечных землях. Не здесь, далеко не здесь.
-Да чего же ты тут языком мелишь, старик, - огрызнулся Белослав. - Говоришь и говоришь тут! Мы узнали у тебя все, что требовалось, а теперь нам, София, следует отправляться обратно в Воино.
-Нет, - кратко молвила София. - Ты возвращайся в Воино, а я отправлюсь в Вержавск, - после она обратилась к старику. - Мудрый Леший, укажите дорогу к моему селению.
-К северу отсюда. Держитесь строго севера, а там уж вы и сами найдете.
-Благодарю вас.
А Белослав остался очень недоволен решением Софии. Ведь если довериться словам Лешего, то может быть он действительно падет в снегах, если в одиночку отправится к Воино. А может он падет, если отправится с Софией к Вержавску? Как не отгонял Белослав от себя плохие мысли, но они уж плотно уцепились за него. Не стоит верить ему, напряженно думал Белослав, этот Леший явно лжет, путает.
-А что ещё вы можете поведать мне? - спросила София.
-Твоя смерть мне видится, - моментально ответил Леший. - Но смутная она. В снегах тебя настигнет, но как-то…странно. Очень странно. Придет она даже не от снега…нет, не от него, а от…от мороза…от ледяного холода. Железо ли…нет…а может и оно. Но отчетливо вижу я смерть, но она придет, если ты не найдешь в себе сил.
-Каких сил?
-Сил смириться. Это я вижу четко. Так же четко, как сейчас вижу вас, - старик принялся обходить всю избу, зажигая свечи.
-Смириться со смертью своего мужа?! - не выдержала София. - Если этот путь приведет меня к смерти, то так тому и быть.
-Тогда в добрый путь, - произнес старик, указав в сторону двери. - Вы властны над своей судьбой, но советую властвовать с помощью разума, а не эмоций.
-Благодарю вас.
-Советую вам добраться до Вержавска до полуночи, иначе вас накроет надвигающаяся на западные земли снежная буря.
София ещё раз поблагодарила старика и незамедлительно отправилась на север, даже не обратив внимания на Белослава, что не могло не задеть его. Он оставался у избы, в надежде, что она все-таки остановится и хотя бы поинтересуется его мнением по поводу отправления в Вержавск. Однако этого не произошло. София уж скрылась за деревьями. Старик вышел на крыльцо и велел Белославу скорее принять решение. Юноша побагровел и бросил на Лешего гневный взгляд. Взявшись за лук, он направил стрелу на невозмутимого старика и пригрозил “размозжить череп”, если он продолжит его поторапливать. Леший глубоко вздохнул, уселся в кресло и закурил трубку, пока Белослав удерживал его на прицеле. Внезапно появившийся на соседнем дереве Варди метнул камень в сконцентрированного юношу, повредив ему руку. Пальцы сорвались с тетивы. Варди ахнул. Белослав затаил дыхание. Стрела скользнула по воздуху и вошла в стену, недалеко от головы Лешего. Последний и виду не подал. Варди скрылся в сугробах. Белослав вдруг опустил лук и виновато молвил:
-Простите.
-Твой страх губит тебя, как человека, - с грустью произнес старик, все никак не могущий раскурить трубку. - Считай потому я и озвучил смерть твою.
-Но страха стало лишь больше. Я не знаю, при каком решении смерть настигнет меня. Направь меня, мудрейший старик.
-Я уж направил, юный Белослав, - молвил Леший. - Тебе лишь остается следовать зову своей души и ощущениям сердца.
Белослав распрощался с Лешим, поблагодарив его за совет, и ушел следом за Софией.
-Прости меня, дурака, - набравшись смелости, выдавил из себя Белослав. - Я вел себя крайне глупо. Да и чего греха таить, ты явно презираешь меня за явную трусость.
-Однако ты все же отправился со мной в это путешествие, - улыбнулась София, тем самым пытаясь показать Белославу, что ему не за что извиняться. Да и не любила она извинений. Они пробуждали в ней чувство некоего стыда за то, что кому-то приходится перед ней извиняться за какой-то незначительный поступок или же за какое-либо качество, проявленное неосторожно.