-Что он хотел сделать с вами? – с опаской спросила Катрин, ожидая чего-то страшного.
-Чуть живой он тайно ушел на север, и никто уже не рассчитывал на его возвращение. Я один смиренно ждал его во дворце. И он вернулся. На радость одним, на горе другим. Он рассказал о выгодной сделке с «порождениями севера», а потом заперся в своем ложе, откуда вышел молодым и здоровым неделями позже. Молодость вернулась к нему ненадолго. Он очень быстро старел. Посчитав, что «порождения севера» обманули его, он издал тайный указ о строительстве подводного города, которое должно было стать особой частью Мудрого ложа.
-Для чего?
-Мне уже неведомо. Знаю лишь, что с тех пор Он стал меняться. Политика увлекла его, причем даже больше, чем знания. Подчинив себе большую часть южных земель, он устраивал войны, шантажировал и грабил целые города, уничтожал всех несогласных с его властью. Зачастую он упивался бесчеловечными издевательствами над своими жертвами. Порой Он подолгу не подчинял себе слабые города, дабы поиграться с их лидерами на дипломатическом поприще. Многочисленный народ города … устал от его игр. И я устал, мне стали противны его зверства. Но я был предан своему правителю и наивно надеялся вновь обратить его к свету. Так и не смог. Но хранить его тайны поклялся до конца жизни. Лишь однажды дал слабину, когда Его уже прозвали Тощим царем. Но раскрывать никаких секретов не стал.
-Тощий царь всегда был злым. Мама как-то сказала мне, что знания несут зло. Судя по твоей истории, это правда.
-Он не всегда был таким.
-Ему суждено было стать таким, потому что…его сущность была такой. Он бы не был добрым и благородным до конца жизни.
-Может быть ты и права, - как-то удрученно произнес Рустам. - Может мне и стоило выдать его секреты, только вот я не мог этого сделать, ибо не смел нарушить клятвы, даже будучи не воином своего господина. Моя верность привела к тысячам жертв. Это самый тяжелых грех из всех свершенных, но иначе я не мог поступить. Я добровольно заточил себя здесь, захватив с собой нечто, что поможет мне в собственном очищении.
-Я не понимаю, - сказала Катрин. - Забрав феникса, вы будете повинны в ещё больший жертвах. А вы и так виновны в убийствах, совершенных Тощим царем, - Катрин расхрабрилась. Её страх невольно был подавлен возмущением.
-Да, я понимал и понимаю, сколь жестоки, порой абсурдны и непростительны мои поступки. Но такова моя бурная сущность. Она не правится совестью.
-Заточив себя здесь, вы не отмолите свои грехи.
-Я раскаиваюсь и не допускаю новых ошибок. Точнее, не позволяю своей сущности натворить их.
-Вы здесь бездействуете! Вы трус.
Рустам так и замолчал, впав в ступор, что было слышно по его заикающемуся голосу. Видно, не думал он, что девочка будет повышать на него голос.
-Я оберегаю великий свет, - убедительно продолжил он. - Если человечество утратит его, то тьма вернется. На этом все закончится.
-Этот свет нужно использовать, чтобы помочь людям.
-Я помогаю людям, - ответил Рустам. - Они приходят ко мне почти ежедневно и просят забрать их грехи. Просят очищения.
-Почему вы думаете, что можете забрать их грехи?
-У меня достаточно сил для этого.
-Но недостаточно сил для контроля над своей сущностью.
-Её невозможно контролировать. Вот Он не смог. И может быть во мне есть что-то такое, что есть в Нем. Я не хочу быть угрозой всему живому.
-И все равно вы ею являетесь. Я прошу вас от лица всех южных и северных народов.
-Ты смелая девочка, - признался Рустам. - А я, допустим, трус. Но не струсишь ли ты, добравшись до смерти Тощего царя? Готова ли ты принять смерть подобно ему?
-Готова! - выпалила Катрин, не совсем понимая, что именно имел ввиду Рустам. Почему он говорил о принятии смерти, как о необходимости, а не вероятности?
-Ты очень наивна. Наивность приводит в беспечности, а та - к бессмысленной и даже глупой погибели, которая не принесет никакой пользы.
-Пользы?
-Даже погибель может принести пользу. Ты обязательно поймешь, что я имею ввиду.
Катрин молчала.
-А ты если и погибнешь, в чем я предельно уверен, то погибель эта будет ужасно бессмысленной, - давил Рустам. - Она не принесет никакой пользы. Никому.
Катрин была возмущена, однако и понимала, что слова его определенно верны. Слабая юная девочка, желающая помочь взрослому мужчине вернуться на север и одолеть волколаков, а прежде уничтожить Тощего царя, ведь иначе Гармунд никуда не отправится. Не будь Гармунда, вряд ли бы она отправилась в такой опасный поход за фениксом.