-У нас нет выхода, ведь лестница, ведущая на остров, сломалась. Теперь мы или найдем то, зачем пришли, или сгинем здесь.
Столь серьезные слова даже воодушевили Гармунда, скосив долю страха в его сердце. Бесстрашие Катрин (пускай возможно и показное) все чаще удивляло его, заставляя и самого хоть сколько-нибудь возмужать. “Действительно, оставаться здесь нельзя”, - подумал он и чуть-чуть отодвинул дверь-плиту. Никого. Катрин случайно споткнулась у камень, вызвав эхо, после чего спряталась за Гармундом. Существа один за другим ударялись в плиту, пытаясь сдвинуть её вовнутрь. Гармунд сопротивлялся. Катрин подняла вверх правую руку.
-Нет, не феникс! - прокричал Гармунд.
-Почему?
-Его сила разнесет здесь все! Не используй! – Гармунд судорожно пробежался глазами по помещению. – Вероятно, к нему придется прибегнуть. Так, попробуй…попробуй направить взрыв на них. Можешь?
-Я не знаю. Я не умею.
-Попробуй.
Сколько бы Гармунд не упирался, а его стопы скользили по полу. Чудища протискивались через все расширяющуюся щель меж дверью и стеной и бросались на первое живое существо перед глазами - Катрин. Гармунд резво прыгнул к ним, попутно вытащив меч. Катрин только потянулась за кинжалом, как её повалили в воду и принялись терзать когтистыми лапами. Приглушенный девичий крик вырывался из-под водной глади в виде многочисленных пузырьков. «Нет! Нет! Прочь от неё, отродье!» - кричал Гармунд, последовательно раскраивая спины врагов. По воде прокатилась слабенькая волна, взявшая начало от уже слабо сопротивляющейся Катрин. Там же появилось блеклое светлое пятно, постепенно набирающее свет и разрасталось в радиусе. Внезапный взрыв отбросил Гармунда в воду, а всех прочих врагов просто-напросто испепелил. Все здание страшно содрогнулось и покосилось в сторону. Муж взвалил бессознательную девчонку на спину и выбежал в коридор. «О, боги!», - вздрогнул Гармунд, увидев светящиеся желтым оттенком глаза огромного морского чудища. Вытянутая острая морда вилась перед окном, кривые зубы нижней челюсти торчали из пасти, громадный фиолетовый плавник простирался по холмистой чешуйчатой спине. Передние лапки были маленькими и толстыми, в отличие от задних - очень длинных, но тонких. Хвост выглядел, как очень гибкая связка костей. Ни кожа, ни мясо – одни лишь голые кости. Чудище ударилось мордой о стекло, отчего сдвинулись целые стены. Коридор стал похож на чуть перекрученную тряпку. Через новые трещины полилась вода. Второй толчок уже подавил в Гармунде шок и заставил бежать прочь. Третий толчок проломил окно и внутрь поистине громадным поток хлынула вода. Здание перекосилось таким образом, что стало падать набок. Навстречу Гармунду бежали местные существа, нацеленные атаковать его, но никак не спасаться бегством от наступающей мощной волны. У них полностью отсутствовало чувство самосохранения. Уклоняясь и орудуя мечом, Гармунд прорубил себе путь вперед и, кроме того, остался невредим.
Поток воды чуть ли не толкал Гармунда в спину. Муж не боялся ледяной волны, но переживал за жизнь бессознательной Катрин. Она могла запросто захлебнуться. Следующий поворот замедлил Гармунда, и волна накрыла его с головой. Ледяная вода врезалась в кожу, пронизав мышцы и сжав кости. Гармунд обнял девочку, закрыл её руками, прижал её голову к груди. Словом, постарался полностью укрыть её от получения новых увечий. Водный поток швырял его от стены к стене, от потолка к полу, и продолжал уносить неведомо куда. Выплыв на поверхность, он ухватился пальцами за какой-то выступ, но ему не удалось совладать с течением. В конце концов, его прибило к стене, вскарабкавшись по которой он очутился на уставленном старым оружием балконе. Катрин почти не дышала. Гармунд сделал ей непрямой массаж сердца. Прижавшись к её губам, он неустанно наполнял её легкие воздухом. Катрин все-таки откашлялась и пришла в сознание, но только на мгновенье. Гармунд укутал её в свои одежды и, взяв на руки, двинулся дальше.
Следуя по немногочисленным указателям и табличкам на стенах, Гармунд достиг большой затопленной башни. Возведенная вдоль стены винтовая лестница уходила вниз и вверх. Сквозь внушительные трещины, коими был покрыт весь стеклянный потолок, бил водопад, разбивающийся о водную гладь где-то далеко во тьме. Десятки разрушенных лестниц вели вниз. Гармунд боялся даже смотреть на столь хрупкую постройку. Других путей у него не было. Спустившись на два пролета, он вошел в ещё один коридор. Десятки поворотов и разветвлений привели ошарашенного Гармунда к единственной мысли – он попал в непростой лабиринт. Катрин уже пришла в себя, но по-прежнему была слаба. Гармунд покрепче прижал её к груди. Он уже не думал о возвращении на север, спасении Сандры, о поиске тихого местечка. Даже собственная жизнь его едва ли заботила. Хоть он по-прежнему не верил в удачные поиски смерти Тощего царя, но отчего-то начал верить в то, что он сам – инструмент, помогающий Катрин свершить свое предназначение. Ради этого он живет. И ради этого умрет.