Следующим местом назначения был Стеклянный водопад, расположенный близко к границам Крайнего севера. “Очень далекое местечко, - высказался Херн. - Мы и за десять дней не осилим такой поход. Дней семнадцать, не меньше”. Однако Вольга обладал преимуществом в виде своего оборотничества. Человек и правда потратил бы уйму времени, но зверь точно сократит его раза в два. К тому же, Вольга наизусть знал чуть ли не весь север, включая кратчайшие пути из одного места в другое. Впрочем, восточные земли по-прежнему оставались для него неизведанными по причине его поражении в битве при крепости Маунтин во времена Первого нашествия. Обращенный Вольга почти что никак не отличался от самого обыкновенного волколака, за исключением ярко зеленого цвета глаз (таким, в большинстве своем, обладали только Обращенные), более крупным телосложением и мощными когтями. Херн запрыгнул на шерстяную спину зверя, и последний живо рванул вперед. Дорога заняла у них около пяти дней.
Чего же так жаждал обрести Вольга у Стеклянного водопада? Этот вопрос терзал Херна весь путь и уже на второй день в его голове всплыло ключевое воспоминание. Вольга уже упоминал об этом месте, когда говорил о Вратах, откуда, по его же словам, волколаки прибывали в этот мир. Запредельная белизна также являлась Вратами. Об их количестве ничего не знал даже сам Вольга, не говоря уже о том, что все-таки скрывалось по ту сторону Врат.
-Как ты потерял свой дар оборотничества? - спросил Херн, дождавшись принятие Вольгой человеческого обличья.
-Разве я не рассказывал тебе об этом?
-Не припомню.
-Меня предал очень близкий человек, который, как я думал, разделял мои идеи касательно этого мира. Пока я изучал все тайные стороны своего оборотничества, он занимался поиском Врат. Обнаружение Стекляного водопада - его заслуга. Явившись к месту, я был поражен его исключительной красотой и необыкновенным влиянием на мое вечно встревоженное сознание. Я обрел здесь мир. И надеялся именно здесь достигнуть пика своих возможностей.
-В одиночестве? Где ещё можно развить себя, если не в битве? Даже если речь идет об оборотничестве.
-Развиваться можно не только в бою. Ты забываешь о другой стороне развития, Херн. О духовной. Я тоже не придавал ей значения, пока не ощутил её мощь, превосходящую мощь физической силы. Нет, это неправильно. Её мощь дополняет физическую. Это единение совершенно, гармонично. А твой разум - весы, поддерживающие гармонию между этими двумя силами.
Херн подхватывал каждое изящно вытканное мыслью слово Вольги. Это напоминало ему юность. А с воспоминаниями к нему возвращались и давно уже отмершие чувства.
-Мой друг и предатель подло воспользовался моей духовной слабостью и отнял оборотнический дар ценой своей жизни, - с прослеживающейся тоской в голосе продолжал Вольга.
-Однако ты по-прежнему обращаешься в волколака, - подметил Херн.
-Жалкий клочок былой силы.
-И как ты планируешь вернуть себе дар?
-Его уже не вернуть. Я хочу обрести прежние силы.
-Хм, - усмехнулся Херн. - Лучший друг оказался самым страшным предателем.
-При всем моем презрении к его поступку, я очень восхищаюсь этим человеком, - серьезно промолвил Вольга, - и никогда не оскорблю память о нем.
За разговором они и не заметили, как прибыли на место. На противоположном берегу заледенелого озера природа обустроила крутой закругленный обрыв, с которого толстыми слоями свисали ледяные наросты разной длины. Они напоминали плотные ряды острых зубов какого-нибудь древнего чудовища. На заднем фоне высились склоненные друг к другу гигантские ледники. Прозрачный лед был весь испещрен причудливыми кругами, похожие на идеальной формы белые камни, исходящими из водной бездны. Вольга объяснил эту завораживающую картину исходящими из глубин пузырьками воздуха. Хотя Херн ожидал услышать какую-нибудь легенду о морском чудище, взбирающимся на поверхность по этим самым “камням”, точно по лестнице. Но Вольга не любил ни легенды, ни мифы, считая, что они вводят людей в заблуждение и обрекают на ложные надежды.