С дальнейшим ходом битвы Хоу действовал уже не так быстро и точно. Он остался чуть ли не единственным из первой волны, противостоящим потоку стаи. Его удары стали не такими смертоносными, а атаки зачастую не достигали своих целей. Он попал в положение безобидной назойливой мухи, жужжащей в толпе вооруженных людей. К тому же в лагере (а точнее, на его пепелище) он был бы куда полезнее, нежели здесь. Это заставило его перейти к отступлению. Проворно перепрыгивая по спинам волколаков, Хоу прорвался через пламенные заграждения и, подпрыгнув, собрался эффектно вступить в разгоревшуюся неподалеку стычку между прибывающим зверьем и выжившими отрядами. Краем глаза он заметил рванувшего к нему волколака и выставил блок, с намерением контратаковать. Волколак принял обличье Вольги и ударом ноги пробил защиту Хоу. Лучник упал на землю, однако, кувыркнувшись, вновь встал на ноги. Вольга резко вырвал из пасти подошедшего к нему волколака клинок Риграден, тем самым разрубив её надвое, и напал на Хоу. “И правда, слова излишни”, - уклонившись от двух рубящих ударов, произнес лучник. Вольга вновь атаковал. Какого же было его удивление, когда дайсе Хоу без труда остановили его неодолимый Риграден. Правда, на длинном клинке дайто все же осталась маленькая трещина. Хоу отвел вражеский меч и полоснул Вольгу по частично обращенной лапе. И даже шерсть не спасла его кожу от рассечения. Вольга замахнулся Риграденом. Хоу уклонился, отбил второй удар коротким сето и атаковал размашистым ударом дайто. Вольга получил второе (хоть и поверхностное) ранение, пустившее кровь. Между тысячелетними врагами завязался ожесточенный поединок прямо посреди основного сражения. Силы обеих сторон пребывали в упадке, но отчаяние и ненависть поддерживали их боевой дух. И даже учитывая всеобщую истощенность, сложно было сказать, кто же выйдет победителем в этой схватке.
Хоу и Вольга ловко метались вокруг сражающихся, то и дело сталкиваясь друг с другом. “Ещё пара прямых ударов, и дайсе рассыпятся”, - подумал Хоу и в следующий же момент вынужденно отбил прямое попадание Риградена своими клинками. Острие короткого сето посыпалось. Хоу увернулся от проносящегося мимо лезвия и отбросил Вольгу серией комбинированных ударов. Хоу не остановился на достигнутом. Намеренно подставившись под удар, он ушел вправо и вывихнул Вольге руку. За такую дерзкую выходку он получил по груди когтистой лапой, оставивший на теле рдеющий след. Хоу упал на колени, но не от полученной раны. “Зов, - додумался он. - Давно ли я принимал отвар? Нет, ещё в палатке. Так почему же…почему он может…как он это сделал?”. Хоу проткнул свой живот клинком и дрожащими руками повел его в сторону. Но почти сразу же он замер, и клинок уже не полз дальше. Его воля понемногу вытесняла Зов. Контроль над телом возвращался к нему, но очень медленно. Гораздо быстрее его мог зарубить уже взведенный над ним Риграден. Однако прежде чем лезвие свалилось на его голову, Хоу неожиданно подался вперед и всадил кулак в живот. Вольга сгорбился. Выдохнув, Хоу закричал во все горло и взялся избивать Вольгу кулаками. Свой атаку он завершил ударом стопы с разворота. Вольга отлетел назад, но на ногах устоял. “Ты…жив?”, - спросил Хоу у объявившегося на поле нового участника сражения.
Херн держал в руке голову Мики, с разодранной шеи которой свисал раздробленный позвоночник и взбитое мясо. Он нагло бросил останки к ногам Хоу и, опустив руки, бездействовал. Его кожа приобрела болезненно бледных оттенок, а в глазах читалось несвойственное Херну безразличие. Он будто бы безмолвно спрашивал: “Ну и, что дальше?”. Предательство Херна подавило Хоу, но не сломило его. Его лицо не питалось злостью и ненавистью. Он смотрел на своего бывшего союзника с сожалением. А сожалел он о том, что теперь у него нет иного выбора, кроме как расправиться с ним. Рядом с Херном встал Вольга. Оба направили свои мечи на Хоу. Последний взглянул на свои. Покрытое мелкими трещинами лезвие дайто все ещё могло выдержать несколько попаданий Риградена, но вот сето почти рассыпался. Херн бросился в атаку. Хоу только выказал намерение поднять оружие, как рассудок его мигом помутнел. Вольга подло обездвижил его Зовом. Хоу сопротивлялся, пока Херн уверенно шагал к нему. В глазах охотника не проглядывалось ни намека на злой умысел, ни намека на сожаление. Он выглядел, как обычный воин, беспрекословно исполняющий приказ своего командира. “Неужто Вольга подчинил его своей воле?”, - спрашивал себя Хоу. Херн резко повел свой меч вниз. Хоу отпрыгнул вправо в самый последний момент, но лишился левой руки по самое плечо. Болевой шок сбил его с толку. Идеальный момент для убийства, но Херн почему-то медлил. Хоу стоял на месте, пока волколаки пробегали мимо него прямиком к оставшимся отрядам. Потом лучник развернулся и пошел по течению, к остаткам союзников. Херн остался наблюдателем, а Вольга зашагал следом. “Я буду с ними до конца”, - вслух повторял Хоу, единственной целой рукой смахивая пот со лба. Разогнавшись, он запрыгнул на спину серого волколака и перерезал ему горло. Точно так же он расправился со вторым, тем самым сохранив жизнь двум раненым воинам. Его присутствие ободрило оставшихся воинов, что могло сыграть решающую роль в исходе битвы. Хотя до конца ещё было далеко. Да, стая заметно измельчала, что придало воинам дополнительных сил, однако все ещё обладала превосходящей мощью. Остатки человеческих отрядов отступали к лесу.