-Подойди поближе, Хоу, - произнес стоящий у склона Вольга. - Смелее, я не собираюсь атаковать тебя. Просто хочу кое-что показать.
Хоу не шевельнулся. Он с ног до головы оглядел так открыто объявившегося противника. А может этот его ход - часть заготовленной засады? Хоу не мог не заметить поломанный Риграден, конец которого был точно растоплен. Хоу списал эту поломку на жаркое пламя виверны.
-Удивлен, что ты ещё не замерз.
-То же о тебе, - Хоу положил стрелу в рот и вместе с ней натянул тетиву.
-Не стоит, - Вольга приподнял руки. - Я не хочу сражаться.
В пользу этого безмолвно высказалась и тетива, мгновенно порвавшись от лютого мороза. Хоу аккуратно взобрался на верхушку одной из скал и взглянул вниз.
-Метель, - произнес Хоу, разглядывая мутную белесую пелену. - Здесь она рождается и проносится по всему северу?
-Это называется Вратами, - пояснил Вольга. - На Крайнем севере таких несколько. Может десять, а может и пятнадцать. Судя по записям мудрецов. Я же нашел только четыре.
-И куда они ведут?
-Не знаю. Никто из живых и когда-либо живших не знал. Отважившиеся войти туда никогда не возвращались. А может и возвращались, но уже столь неузнаваемые, что отличить их от…
-…волколаков было нельзя, - докончил Хоу. - Значит отсюда они прибывают.
-Нет, это место - всего лишь Врата, - возразил Вольга. - Откуда они действительно приходят - вот настоящая загадка. И я хочу разгадать её.
Хоу резко повернулся, направив на него острие дайто.
-И причем здесь я? - грубо спросил он.
-Я хотел тебе причину, по которой ты пожертвовал многими героями Первого нашествия. Причину изгнания волколаков. Можно даже сказать, причину моего возвращения. Только представь себе, Хоу. Именно твое решение предопределило конец человечества.
-Оно предопределило Второе нашествие, но никак не конец.
-Ядвига мертва. Юг пал. А от человечества осталось не больше сотни представителей.
-Тощий царь потерпел поражение. Юг не пал.
-Тощий царь здесь не при чем. Когда Обращенный проделал брешь в Снежном хребте, морозы севера стали проникать на юг. И вряд ли южане хорошо готовы к изменениям погодных условий.
Хоу задумался. В словах Вольги явно присутствовал смысл. Предложение исследовать загадки Крайнего севера и впрямь манило. Крючок из прошлого ловко поддел Хоу и потянул на себя. Хоу подошел к самому краю обрыва. Он мог спуститься вниз по неровностям скал и спокойно пройти сквозь снежный занавес. Но вот было ли это разумным? Хоу сомневался.
-Ты ведь хотел узреть нечто подобное, так? Хотел заняться изучением великих мировых таинств сокрытых на Крайнем севере. Вот они, прямо перед тобой, - молвил Вольга, уже предвкушая, как разобьет решимость Хоу возникшими сомнениями. Но Хоу уже все решил. Он не мог оставить человечество. Не могу предать мертвых, которые согласились последовать за ним в пекло последней битвы. Ошибок прошлого он уже ни в коем случае не повторит! Вознамерившись снести голову подстрекателя, Хоу нанес удар с разворота. Просчитав этот удар, Вольга блокировал его рукой и толкнул лучника плечом. Хоу оступился и полетел вниз. Наполовину скрывшись в метели, он вовремя схватился за выступ и подтянулся. Но выбраться ему было не суждено. Витающие в воздухе снежинки заволокли его, постепенно размывая поначалу четкие очертания, а затем и оставшийся силуэт. Хоу не сорвался вниз. Он просто испарился, став частью метели. Вольга окликнул Хоу, но отозвалось его собственное эхо.
Так сгинул Хоу И - великий лучник, герой Первого нашествия волколаков, хранитель востока и командир Последней армии. Что с ним случилось неизвестно и по сей день. Для всех смертных он загадочным образом исчез при погоне за Вольгой. О нем не слагали ни песен, ни легенд. Он исчез из памяти человечества. Навеки.
А пока вернемся на пару дней назад, в крепость Чусин, куда наконец-то прибыли остатки войск. “Они на горизонте! Они возвращаются!”, - кричали разодетые в старые доспехи старики. Женщины и дети кинулись на стены, пристально высматривая своих мужей. Женщины ревели навзрыд: кто от радости, кто от горя. Дети обнимали их, умоляя успокоиться. Мальчики сквозь слезы клялись защищать своих матерей, как и некоторые, не обделенные мужеством девочки. Особенно жалко выглядели рано осиротевшие ребята. Более старшие юноши ещё держали себя в руках, предлагая более младшим сиротам свою защиту. Поведение выживших воинов также было не таким однозначным. Одни со слабой улыбкой падали в объятия своей семьи. Другие просто проходили мимо в глубокой задумчивости, чем искренне поражали своих жен и детей. Третьи падали без чувств при виде своей семьи. Судя по всему, они едва ли надеялись вернуться домой. Ядвига неустанно кружилась вокруг раненых, пытаясь помочь всем и каждому, а также находила время пообщаться с родней погибших. “Заберите, пожалуйста, его тело. Мы хотим похоронить его достойно. Прошу вас”, - слышалось отовсюду. И Ядвига обещала забрать все тела с поле брани, даже не упоминая о том, что в тамошних останках уже никого и не разберешь. Её глубокое сочувствие людям будили в ней слезы. Чувства ярости или мести даже не возникало. Так и бегала она по всей крепости до самой ночи, пока не уснула прямо на ходу. Уже прибывший к тому моменту Рустам обнаружил её в переулке, отнес в дом и укутал одеялом, а сам отправился на стену. Если говорить кратко, то всю крепость объяло большое горе, воплощенное в плаче, угрюмых лицах и криках тяжело раненых.