-Доброго дня, Добромир, - Ингварр вошел скромно, после чего тихонько присел в самый дальний угол и уткнулся взглядом в миниатюрные фигурки идолов, в ряд выставленные на полочке у окна. Отложив меч, Добромир почесал щетину и сам отвел взгляд от Ингварра, ибо зачем же смущать его, да и самому смущаться.
-Наш дорогой собрат Акамир собирает воинов для шествия к селению Блестовит, - слова трепетали на губах, словно листья на ветру, но Ингварр безуспешно пытался подавить в себе волнения, да вот эта мера лишь усиливала его. - Буду ждать тебя в его избе.
-Я услышал тебя, дорогой Ингварр, не стоит так волноваться, - Добромир натянул на себя кольчугу и, вложив меч в ножны, подал его Ингварру, как знак примирения и готовность предложить дружбу. Тут Ингварр вскочил с лавки, раскланялся, внезапно и спешно добавив, что ни капли не волновался, но просто витал в своих мыслях и все никак не мог спуститься, после чего выбежал из избы. Добромир не счел нужным даже окликнуть своего собрата, допустив лишь до себя мысль о возрастающей безумности оного. И ведь не без оснований было так полагать! Собравшись, Добромир быстро добрался до избы Акамира, где застал всех участников предстоящего похода. Обнявшись со всеми, Добромир пожал руку Акамиру и изъявил готовность двинуться в путь. Акамир обернулся к сыну, поцеловал того в лоб, и, потрепав по голове, пообещал вскоре воротиться. Затем он помолился о своем здравии и здравии своих собратьев перед выстроганными из дерева идолами, и они, наконец, двинулись в путь. Говорить о том, как группа вышла в лес, и как провожали её чуть ли не со слезами на глазах, мы не будем, но расскажем о собратьях Добромира.
Ратибор был самым старшим в отряде, но отнюдь не самым опытным. Седина уж давно прослеживалась меж его длинных черных волос, неряшливо свисающие до плеч, а обезображенное временем и одним единственным “сражением” лицо, вдоль которого пролегал заметный шрам, отпугивающий женщин похлеще, нежели Бука детей. Шрам, как уже было сказано, был получен им во время сражения со стаей волков, когда ему было немногим меньше шестнадцати. История проста: отец, недовольный разгильдяйством сына, взял его с собой на охоту, где их и окружила голодная стая. Отца сразу же загрызли, а Ратибору удалось прибить камнем двух зверей и уйти вниз по реке. Об этом долго говорили в селении, однако мать Ратибора называла подобные разговоры “пляской на костях мужа”, отчего Акимир запретил распространяться об этом.
Гладко выстриженная борода была единственным его достоинством, что он и сам не раз подчеркивал, причем делал это зачастую в присутствии женщин. Оно и понятно, ведь женщины никогда не зарились на него всю его сознательную жизнь, да и дело ведь не только в изуродованном лице, но и в гнусном характере. Любитель поспорить ни раз выводил из себя многих, однако проблема в сущности была не в предмете спора, а его, что ни на есть, существовании. Он любил спорить обо всем, даже если мысли его в этом деле были скудны. Многих также раздражала его неприкрытая словесным искусством лесть в сторону Акимира, причем лесть огульная, совершенно безумная, от которой и сам Акимир стремился укрыться. Сам Ратибор однажды обмолвился о том, что совершенно не стесняется себя, а свою лесть считает высшей степенью доверия к кому-либо, тем более к Акимиру, которого считает вторым отцом. Акимир с присущей ему скромностью утверждает, что он является отцом всем жителям селения, а за слова Ратибора приносит личные извинения.
Белослав был юношей плюгавым и человеком, вечно уязвленным кем-то или чем-то. Что ему не скажи, так жди глубокомысленной речи о том, как обидел его выражением неосторожным, хотя никто и не находил там обиды. В противоположность этому юноша был забавен: постоянно шутил, смеялся, улыбка на устах его присутствовала часто. За это его и любили в селении, но некоторые видели в его радости долю глупости и наивности, что, собственно, характерно для людей его возраста. Паренек был высок, смугл, на вид лет двадцати пяти от роду, средними каштановыми волосами, заплетенным в хвост, глазами черными-черными, а также редкой бороденкой, которую он все отращивал, лелея мечту о густой бороде.
О самом Акимире говорить много не придется. Бледный коренастый мужчина тридцати лет с густой рыжеватой бородой и короткими русыми волосами. Любой выход за пределы селения не проходил без его участия, а его показная удаль и бесстрашие водрузили его на место главного в селении. Одно время средь жителей ходила легенда о том, как Акимир голыми руками разорвал волколаку пасть, но сам он скромно открещивается от этого, называя это враками, а также извиняется за эту легенду. По словам Ратибора, Акимир собственными руками лишил жизни трех волколаков, но немногие доверяют его словам, но это не умоляет всех дел Акимира. Власть не развратила его, да и нынешнюю эпоху она мало кого развратит, а скорее лишь обременит.