-И все же, - говорил Светозар, спускаясь вниз, - тебе стоит больше тренироваться.
Светозар подал Хэварду руку и сжал его в своих объятиях так сильно, что лицо Хэварда покраснело.
-Не так сильно, - выдавил он. Светозар отпустил его и похлопал по плечу.
-Я очень соскучился по тебе, брат, - произнес Светозар. – Пройдем в мою хижину.
Жители селения Вырь недоверчиво поглядывали на Хэварда, совершенно не разделяя радости Светозара. Старцы не раз напоминали своему лидеру о том, что Хэвард пускай и брат его, но он всегда будет предан своей белой госпоже. Они открыто порицали излишнюю доверчивость Светозара и предрекали Хэварду предательство братских уз. Светозар не верил. Вея, жена Светозара, радушно приняла Хэварда, расцеловав его прямо на пороге. «Обед уже стынет», - радостно воскликнула она и потянула мужей к столу. Набив животы, мужи уселись на крыльце.
-Твоя жена невероятно талантлива, - похлопав по брюху, заявил Хэвард. – А потому нет великой мудрости в том, что ты сильнее меня.
-Твое признание льстит мне, - рассмеялся Светозар. – Вот уж не думал, что ты скажешь эти слова.
-Истинные воины умеют признавать свое поражение. Ещё отец говорил об этом.
-А я всегда твердил обратное, - произнес Светозор, погрязнув в воспоминаниях.
-Да, ты был любителем поспорить с отцом, - улыбнулся Хэвард, по-дружески толкнув брата в плечо.
-Я был юн, - продолжал Светозар, - и правота отца значила для меня лишь вызов.
-Правота?
-Я обрел поражение там, где совершенно его не ожидал, - Светозар указал взглядом на пробегающих мимо детей.
-Мне жаль, дорогой брат, - с грустью вымолвил Хэвард. Он понимал, как много это значит для Светозара. Всякий муж ещё совсем мальцом начинал мечтать о прямом потомке, наследнике. Поначалу Светозар хотел исключительно мальчика, но после череды неудач, он не расстроился, если бы родилась девочка. Но Боги не одарили его первенцем.
-А как у вас с Амелия?
-Пару дней назад стража крепости заметила одного из вас, - говорил Хэвард. – Допросить его не успели, он погиб от полученных ран.
-Продолжай.
-Амелия приказала мне отправиться в лес на поиски ваших селений. А дальше ты и сам можешь догадаться.
-Я знал, что этот день наступит, - Светозар поник. - Видно, нам придется уйти вглубь западных земель.
-Пока что у вас нет нужды покидать селение. Если Амелия вознамериться послать армию в поход, то я незамедлительно предупрежу тебя.
-И останешься со мной? – спросил преисполненный надеждой Светозар. – Или уйдешь к ней?
-У меня нет ответа на этот вопрос. Извини.
-Ладно, не будем об этом, - махнул рукой Светозар. – Скажи мне лучше, когда я увижу своего первого племянника?
-Я не готов к отцовству, - лгал Хэвард. – Да и не вижу я себя в этой роли.
-Твои слова вызывают недоумение, - продолжал Светозар. – Как можно не желать ребенка? В нем будет течь твоя кровь. Он будет некоторым продолжением твоей жизни.
-Я не хочу продолжать свою жизнь, - ответил Хэвард. – Мне определенно хватит той, что предначертана лично мне.
-Вея говорит, что я стал одержим идеей стать отцом.
-Она преувеличивает.
-Вовсе нет, - серьезно молвил Светозар и встал на ноги. – Пошли, я тебе кое-что покажу.
Мужи вышли на околицу селения и вскоре добрались до одинокой хижины. «Жажда одиночества приводит меня сюда, - откровенничал Светозар. – И в последнее время эта жажда лишь растет». Он повернул дверную ручку. Ветер тотчас же распахнул дверь настежь, позволив замети проникнуть внутрь. Только Хэвард ступил на ковер, как заметил странный звук. Ещё раз топнув по тому же месту, он убрал ковер и обнаружил дверь.
-Что это? – спросил Хэвард.
-Именно там сидит то, что я хочу тебе показать, - ответил Светозар. Он спустился вниз и вскоре вернулся, держа в руках свернутое одеяло. Мгновенная мысль Хэварда была об украденном малыше. Светозар не мог такое пойти, подумал Хэвард. Да и мороз бы запросто погубил ребенка. Светозар велел Хэварду растопить печь, а сам отнес сверток в комнату. Как только в избе потеплело, Светозар взялся за приготовление отвара. Хэвард уже не мог сдерживать свой интерес и обратился к Светозару:
-Так что же в этом свертке?
-Скоро узнаешь, мой дорогой братец.
-Это что-то живое? – продолжал Хэвард. – Если да, то почему оно не шевелится?