– Черт! – буркнула я, ударив ладонью о дверце железяки.
Я – самая большая неудачница в мире. Мне никогда не везёт и все плохое происходит именно со мной: в девятом классе, когда наша школа фотографировалась на выпускной альбом, угадайте у кого в этот день высыпало лицо? А когда мы с Роуз поехали на летние каникулы в Прагу, отгадайте чей чемодан был утерян в самолёте? Или… Рождество 2008 года. Как можно быть такой глупой, этого мне не довелось понять. В оправдание скажу, что я была ребёнком, и это нормально – вести себя, как капризное чмо, но это было необходимо, ибо провинилась не я, а предки. В тот год мы решили отпраздновать Рождество в загородном отеле, где устраивался бал-маскарад. Люди бронировали места за год, до долгожданного вечера, ибо это место было очень популярным, как и сейчас. Моему отцу удалось снять номер для нашей семьи. Я была в тот вечер самым счастливым ребенком на планете, ведь посудите сами, любой бы хотел оказаться в эпицентре роскоши и богатства, ибо только очень обеспеченные люди могли позволить себе этот отель с бассейном, парком, кортом и с огромной верандой, где народ наблюдал за фейерверком. И в тот восхитительный день, когда ничто не могло его испортить, мои родители, хоть и случайно, но заперли меня в номере. Весь вечер, пока люди ели фуа-гра и запивали её шампанским, я сидела в комнате и ревела навзрыд. Мои предки, мало того, что заперли, так ещё и забыли о моем существовании. Это было худшее Рождество на свете…
Вот такая я неудачница. От этих воспоминаний мне стало очень обидно и больно, от того я сильно врезала кулаком о шкафчик, но сделала лишь хуже себе. От боли я закричала и скрючилась, прижимая больную руку к груди. По моей кисти слово проехался целый оркестр. В уме я обругала весь белый свет и двадцать раз прокляла злополучный шкафчик. Смотрю на свою руку: она красная, но хоть и снаружи не видно, ощущение такое, будто ладонь пульсирует и надувается. От безысходности я прикладываю руку к губам и тупо смотрю на своего врага.
«Ну, шкафчик, я тебе устрою», – думаю я про себя, уже представив, как бензопилой издеваюсь над железкой.
– Это делается так, – говорит кто-то со спины. Какой-то рыжий парень проходит мимо меня к шкафчику и начинает над ним колдовать. Я нахожусь в смятении. Кто он? Я точно уверена, что впервые вижу его в нашей школе. На вид ему, как и мне, семнадцать, но что-то его взрослит. Незнакомец отодвигается, и я вижу открытый шкафчик. Облегченно выдыхаю и перевожу радостный взгляд на своего спасителя.
– Спасибо. Я думала, что придётся тащить бензопилу, – с улыбкой говорю я, доставая с железной коробки учебники по английскому языку. Парень смеётся. Его голос был прокуренным и бодрым. Он точно курит; это мне говорит сигарета, которая удобно расположилась у парня за левым ухом.
– Всегда рад помочь. У вас в школе все такие красотки или только ты?
Больно этот рыжеволосый шустрый. Теперь хотя бы мне известно, что парень не из наших, тогда кто..? Незнакомец облокотился плечом об шкафчики и смотрит, лукаво улыбаясь, на меня. И почему эти карие глаза так меня пугают и отталкивают? Я сглатываю комок, думая над ответом.
– Кажется, был звонок, я пойду, – бросаю на рыжего мимолетный взгляд и захлопываю дверце шкафчика, поворачиваюсь к незнакомцу спиной. Единственное мое желание – это удрать от него подальше и больше никогда не встречаться с этим парнем. Делаю пару шажочков, как чувствую чью-то тяжёлую руку на своей. Меня резко разворачивают. В груди уже творится хаос; все тело дрожит, как от ледяной воды в холодные ночи. Онемев, я пялюсь испуганными глазами на рыжего парня, что нахально улыбается мне в лицо, как ни в чем не бывало. Пусть вокруг нас люди и мы находимся в общественном месте, но я чувствую огромный страх, который ломает меня изнутри, как спичку. Может, он маньяк? Если нет, то что ему надо?! Главное спокойствие, надо глубже вздохнуть и вести себя уверенней.
– Стой-стой, – рыжий отпускает мою руку, – ты забыла назвать своё имя.
Я разрываюсь между желанием дать деру и ударить этого нахала по голове. Это что, флирт..? Я хлопаю ресницами и пытаюсь подобрать нужный ответ, но все четно. Я трусиха и слабачка; жаль, что Эрик сейчас не рядом, он бы меня спас.
Порой спасители оказываются злодеями. Например, этот кретин, что улыбается мне.
– Я и не собиралась говорить своё имя.
Парень выдохнул и переступил с ноги на ногу.
– Тогда начнём с меня. Я Крис, а ты?
Молчание. Мне хочется сбежать, но нет гарантий, что этот псих меня отпустит. Он терпеливо ждёт ответа, и очень хорошо, ибо я не собираюсь говорить. Пусть терпит до конца своих дней.
– Рэйчел? – слышу со спины знакомый голос. Я обернулась. От увиденного стало хуже. Бен делает резкий рывок и направляется в нашу с рыжеволосым сторону.
– Значит, Рэйчел, – довольно произносит Крис.
Мне становится душно. Я оказалась между двух огней – бывшим лучшим другом и каким-то маньяком. Они окружили меня, как львы добычу; я в тупике. Единственное, что мне остаётся, это молча стоять и ждать развязки этого несмешного шоу. Тем временем, Бен уже был около меня. Он грозно смотрит в мою сторону, словно я в чём-то провинилась перед ним, а затем его взгляд устремляется на Криса.
– Ты рано. Мы договаривались к десяти, – произносит Бен, и моя челюсть отвисает. Он знает этого чудика? Откуда? Кто он такой? Вопросы вскружили мне голову и я еле держусь, чтобы не упасть на пол.
– Думаешь, только у вас одних есть дела? Давай решим все по быстрому, и я сваливаю, – отвечает Крис.
У кого это «вас»? Неужели… Коди… Черт, эти выродки нашли проблемы на свои задницы. Самое обидное, что я ничего не знаю и не могу помочь. Злость охватила мною, злость и обида. Хочу ударить Бена и отчитать, как это делают обычно мамы.
Парни несколько секунд молчат. Бен кинул на меня взгляд и протяженно выдохнул.
– Ладно, пойдём в кафетерий, поговорим, здесь небезопасно. – Бен толкает меня назад, давая фору убежать от Криса подальше.
Но парень это замечает и снова хватает меня за кисть и тащит к себе, как какую-то игрушку. Я хотела крикнуть, но поняла, что от этого только проиграю. Боже, как мне сейчас нужен Эрик… Даже с Беном я не чувствую себя в безопасности. С ним я наоборот в опасности.
– Куда это ты? – словно змея, шепчет мне на ухо Крис. Этот парень напоминает мне саркастических тварей из сериалов, от которых лучше держаться подальше. Я с жалостливым взглядом смотрю на друга, прося помощи, а тот озлобленно смотрит на Криса. Кажется, Бену не нравится его поведение.
– Что ты творишь? Отпусти её, это не смешно.
– Разве? – Крис перекидывает свою руку через мое плече, тем самым обняв меня.
Все мое тело адски горит. Я еле сдерживаюсь, чтобы не зареветь перед этим маньяком, но это сложно. Я в панике. Сердце небыстро, но зато сильно колотит в груди, ломая кости. В горле застрял комок, который не даёт нормально глотать воздух, и кажется, я задыхаюсь.
– Крис, ты пришёл мне на нервы действовать или обсудить общее дело? Не трать мое время. – разозлился Бен.
На слова друга рыжеволосый рассмеялся.
– Ох, какие мы важные! С каких это пор ты стал таким крутым, малыш Бен? Ты ещё не один из нас, чтобы выпендриваться. Сначала сделай то, что хочет он.
Так…так… С каждым произнесенным словом, эти двое меня убивают по-новому. Куда Бен ещё не входит? Кто этот «он»? Парни в опасности? Черт, ненавижу неизвестность. Успокойся, Рэйчел, тише… Все будет хорошо. Чушь! Я в панике. Паника – это, когда человек видит в плохой ситуации ещё миллион плохих вещей.
Мое тело начало болеть; все затекло. Я устала стоять с этими выродками и слушать тот бред, что они говорят. Набрав всю свою храбрость, я вырываюсь из смертельных объятий Криса и делаю шаг к Бену. Рыжий не смутился, а даже наоборот, можно сказать, обрадовался. В его бешеных глазах я вижу искры и танцующих чертиков. Этот парень дьявол, точно вам говорю. Бросив на двух парней недовольный взгляд, я иду вниз по коридору, как слышу голос Криса со спины: