Подбегаю и начинаю палить медведю в брюхо. Автомат загрохотал и мягкое брюхо твари начало пронзаться малоимпульсными пулями.
+4113 опыта
Новый уровень (15)
— Проф!!! Щека!!! — крикнул я и подлетел к лежащим соратникам.
— Сука сдохла?.. — спросил Проф.
— Ой, бля… — простонал Щека.
— Вы как⁈ — спросил я, лихорадочно осматривая изрезанные когтями ноги Профа.
— Ничего критичного… — ответил он. — Нужно быстрее уходить — взрыв…
— Всё в порядке⁈ — прибежала Галя.
— Нужно уходить! — воскликнула Фура. — Грохнуло так, что за пару километров слышно!
— Перевяжи Профа! — сказал я ей.
— Да не надо… — мотнул тот головой. — Я сейчас…
Он со сдавленным стоном сполз с придавленного Щеки, и погрузился в свой интерфейс.
— Щека, ты как? — спросил я.
— Я цел… — ответил он. — Уши заложило — пиздец просто… Ты чего сделал?..
— Помогите мне встать, м-м-м… — потребовал Проф. — Нужно уходить…
Помогаю ему подняться и беру его под плечо.
— Быстрее, — сказал он. — Щека, помоги нам!
Щека поднимается на ноги, трясёт головой, а затем берёт Профа под другое плечо.
— Мы ещё поговорим о том, что ты натворил, — сказал ему Проф. — Но сейчас нам нужно убраться отсюда подальше и найти надёжное укрытие, чтобы залатать раны. Фура и Галя — охранение. Вперёд.
Глава одиннадцатая
Постиндустриализм
*Российская Федерация, Кемеровская область, пригороды г. Прокопьевск, 2 августа 2026 года*
Затаскиваем раненого в одноэтажный дачный домик, во дворе которого обнаружился почти загруженный пожилой Митсубиши Паджеро.
— Ох, блядь! — выпучил я глаза, увидев раны на ногах Профа.
— Ничего страшного, всего-то тринадцать тысяч килокалорий… — ободряюще улыбнулся он. — Правда, восстанавливаться буду где-то сорок минут…
— Я сейчас… — снял я с плеч РД и вытащил оттуда литровую бутылку. — Зарядись!
Это моя личная разработка — гениальная и простая. Просто разбавляешь в воде сахар и получаешь легкоусвояемый энергетический напиток.
Проф принял бутылку и начал жадно пить.
— Что на улице⁈ — оглянулся я к Щеке.
Этот дебил тоже пострадал — ему пробило икру левой ноги осколком от противотанковой гранаты, но кости не задеты, а мясо у нас срастается дёшево и быстро.
«Капец…» — посмотрел я на медленно стягивающиеся раны на ногах Профа. — «У простого человека такие рваные порезы восстанавливались бы неделями, а то и месяцами. Ну и нельзя забывать, что когти у броника были грязнее, чем матери тиммейтов Щеки…»
— Чисто! — ответил Щека. — И это…
— Паси окно! — потребовал я.
— Да я извиниться хочу! — крикнул он. — Это был мой косяк! Проф, Студик — извините! Не повторится!
— Ладно… — махнул рукой Проф. — Сегодня за твоё раздутое самомнение пострадал я, а завтра ты и сам можешь расплатиться — прошу, не повторяй такого ребячества. Нас с тобой спас Студик — если бы он застыл или промахнулся, неизвестно, как бы сложилось.
— Я осознаю… — опустил взгляд Щека. — Не повторится! Клянусь!
— Хорошо, на первый раз — прощаю, — сказал я. — А теперь — паси окно!
Вспоминаю, что я забыл перезарядить АК. Это непростительная ошибка. Вынимаю опустевший магазин, раскрываю левый клапан и перезаряжаю автомат.
— Ох, как ты его нашпиговал… — улыбнулся Проф. — А уж «Мухой» как сработал — Рэмба!
— Спасибо… — смутился я.
— Ты сам-то цел? — спросила меня Галя, стоящая у восточного окна.
Открываю «куклу» и не замечаю никаких повреждений. Вот ещё одно удобство интерфейса — не нужно ощупывать себя на предмет ранений. Всё сразу видно — даже то, что у меня сейчас усиленное потоотделение.
— Да, я в порядке, — кивнул я. — Так, сейчас просто ждём, пока Проф отхилится, а затем продолжаем движение.
Обращаю внимание на пятнадцать уведомлений о получении новых уровней.
— Проф, Щека — вы что-нибудь получили? — спросил я.
— Кроме травм? — уточнил Проф. — Да — пять уровней.
— А мне только четыре накинуло… — пробурчал Щека. — Тебе сколько?
— Пятнадцать, — ответил я.
— Сколько⁈ — выпучил глаза Щека.
— Щека, ты опять за своё… — сказал Проф.
— Да не, я же это с радостью! — солгал Щека.
Видно, что у него в жопе образовалось скопление чёрной зависти, которое рвётся наружу…
Очевидно, что он рванул на броника за экспой, (1), но не рассчитал силы. У него либо нет инстинкта самосохранения, либо он в своей Доте настолько преисполнился, что был абсолютно уверен в своей безоговорочной победе.