— Ты где? — спросил я.
— У тебя на бороде, — засмеялся Крапивин. — Я в тёплых краях. Я же тебе рассказывал, куда собираюсь. В страну, где у ведьмы есть маленький пушистенький бизнес и норка, в которой можно спрятаться. Забыл?
— Нет, не забыл.
Как такое забудешь… Он говорил, что у Иды есть тайное место в Турции.
— Город-курорт, — весело и радостно сообщил Крапивин. — Чайки, море, королевские креветки, кебаб, мандарины. Не жизнь, а малина. Вечный кайф. Так чё, приедешь, братишка?
— Так вроде в Анталье не купальный сезон, — хмыкнул я.
— Не купальный, но зато… наша подружка находится здесь. И не просто находится, она ведь строит козни. Торгуется, хочет обратно вернуться. А карт у неё немало.
— С тобой торгуется? — поинтересовался я.
— Если бы со мной, — усмехнулся он. — С другими дядями, с повелителями мира сего.
— Ну, это же твоя подружка.
— Могла бы стать и твоей, — с усмешкой возразил он. — Но если не хочешь дружить, я могу разобраться с ней сам. Возьму грех на свою душу. Мне-то не привыкать. К тому же ты ведь братишка мой, а для брата я всё сделаю, так же, как и ты, конечно. Так что решай, братик. Но решай прямо сейчас. Потому что если ты подтянешься, я, конечно, могу денёк, максимум два подождать. А если нет, так чё сиськи-то мять, правильно я говорю?
— Не знаю, — ответил я.
— Да что там знать-то? — чуть возбудился он. — Конечно, правильно. Я всегда правильно говорю. А вообще, мы должны друг дружку во всём поддерживать. Мы же братья по крови, не по понятиям. Один за всех, короче, и наоборот. Да ты представь только, у этой сучки, подружки моей, столько всего интересного имеется. Не только про нас с тобой. У меня прям в душе что-то поднимается, когда я об этом думаю. Так что давай, подтягивайся скорее.
Особого выбора у меня и не было. Можно было, конечно, сказать, мол, нет, не поеду, разруливай сам. Да только ничего хорошего от его разруливания ждать не стоило. Отдавать ему в руки все материалы и все ниточки, ведущие ко мне, было, конечно, совершеннейшим безумием. Так что нужно было ехать. Но и поездка несла в себе большой риск. За компанию с Крапивиным легко можно было подставиться и вляпаться ещё глубже. По самые уши.
— Хорошо, я приеду, — сказал я.
— Вот и молодец, — обрадовался он. — Давай, прилетай скорее, я тебя встречу.
— Нет, — сказал я категорично. — Никаких встреч. Даже не думай. Никаких встреч не будет. Я сообщу тебе номер телефона, и ты перешлёшь всю информацию туда. Причём, не со своего телефона, а с левого.
— Ладно, хорошо, — загоготал он. — Хочешь поиграть в Джеймса Бонда? Я не против. Давай поиграем. Пароль придумать? А то вдруг мы не узнаем друг друга, что тогда?
Это был настоящий цугцванг, и хороших решений в этой игре не предполагалось. Закончив разговор, я посидел с минуту в тишине, а потом набрал номер Ангелины.
— О, привет! — воскликнула она. — Соскучился?
— Ещё как, — хмуро ответил я. — Знаешь, я тут подумал…
— Так… И что надумал?
Я не ответил, продолжая взвешивать все за и против.
— Сергей? Ты чего замолчал?
— Да вот, надумал, что всё-таки нам бы с тобой не мешало развеяться и сгонять куда-нибудь в тихое место.
— Серьёзно⁈
— Серьёзно, да…
— Ну, так что? — радостно воскликнула она. — Летим? Алло!
Радость казалась натуральной, и я нахмурился.
— Да, летим, — после некоторой паузы подтвердил я. — Думаю, завтра или послезавтра. Сейчас тут разберусь с небольшими делишками и позвоню.
Поскольку меня ещё никто не разыскивал, и два дня, данных мне Жанной, ещё не истекли, я решил попытаться по-быстрому закрыть дело с Крапивиным.
— Прилетишь в Новосиб? — спросил я.
— Да ты прикалываешься, Серёж⁈ — удивлённо воскликнула Ангелина. — Я ж вообще-то только вернулась из Новосиба. Так что, давай сам в Москву приезжай. В Новосибирске, к тому же, не так уж и спокойно. А здесь пройдём через депутатский зал, никто и не дёрнется.
Ну-ну, детка. Никто и не дёрнется. Я усмехнулся, но, подумав, согласился.
— Ты деду подробно рассказала о моих приключениях в Толмачёво?
— Нет пока, — ответила Ангелина. — Да я, во-первых, подробностей и не знаю, а, во-вторых, я с ним не виделась ещё.
— Ну, и не встречайся, — посоветовал я. — Я потом сам всё ему расскажу. В деталях и подробностях.
— Да я и не собиралась. Но он может позвонить, вообще-то…
— Скажи, что летишь со мной на море.
— А куда полетим-то? Туда же?
— Нет. Полетим в другое место. Сюрприз.
— Сюрприз? — переспросила она. — Ну ладно… Хорошо…
Пока я разговаривал с Ангелиной, из школы вышла Алиса и бросилась ко мне. Она открыла дверь и нырнула в машину. Я как раз прощался с невестой.
— Ну что? — убрав телефон, спросил я.
— Хочет прямо сейчас, — кивнула Алиса.
— Как это прямо сейчас?
— Ну, в течение двух часов. Ой, нет, даже в течение часа. Чтобы я пришла сюда же, в школу, и принесла деньги прямо ей в кабинет.
— Вот так Медуза, — покачал я головой. — Ничего не боится. Ну, ладно… Хочет сейчас, получит сейчас…
— Погоди, я отцеплю диктофон, отдам тебе… — сказала Алиса и потянула за цепочку на шее.
— Не надо, не надо, не торопись. Ты же ещё бабки понесёшь.
— А где их взять-то, бабки эти? У меня нет. Да и у Костика они не по карманам распиханы. К тому же их вернут потом неизвестно когда.
— Пойдём ко мне домой. Я тебе дам деньги.
Я повернул ключ в замке, но прежде чем трогаться с места, набрал номер Жанны.
— Жанна Константиновна…
— Ты чего так быстро? — спросила она с подозрением в голосе. — Уже решение принял? Но я ещё не готова.
— Нет, я тоже не готов. У меня другой вопрос.
— Пока никаких других вопросов мы поднимать с тобой не будем. Ты меня понял? Постель на замке.
— Не-не, Жанна Константиновна, я про другое, послушайте. Помните, я вам давал записи разговоров директора школы?
Она помолчала.
— Припоминаю, — сказала она немного удивлённо, пытаясь соединить в голове наш последний разговор и прослушку Медузы. — Ну да, помню… Я же Виталику Никитину всё передала.
— Да он что-то не чешется, твой Никитин. Поважнее есть дела, наверное.
— Ну, может и есть, не сошёлся же на твоей директрисе клином белый свет.
— Ладно. Короче, у меня сейчас в течение часа будет передача взятки этой самой директрисе. Двести тысяч. Есть аудио, где она говорит когда и куда принести бабло. И будет запись самой передачи. Давай оформим с поличным.
— Ты с ума, что ли, сошёл? В течение часа? Я тебе где? Как? Я здесь не работаю уже. Блин… Краснов, твою мать! Надо ж бабки заказывать, это всё…
— Деньги есть. Пока ты связываешься с Никитиным, я их быстренько сфотографирую и запишу видос с показаниями потерпевшей. И твоему парню останется их только прихлопнуть.
Жанна задумалась. Я глянул на Алису, она смотрела на меня во все глаза.
— Ладно, Краснов, — сказала Жанна. — Я тебе перезвоню. Скажу, получится или нет. А где передача-то будет?
— Да прямо в школе.
— Понятно. Ладно. Перезвоню.
Она отключилась, а мы поехали домой.
— У тебя что, подружка в ментовке? — удивлённо спросила Алиса.
— Да, так… — уклончиво ответил я.
Мы поднялись в квартиру. Я завёл Алису к себе в комнату.
— Располагайся, сейчас бабки принесу. Если хочешь кофе, свари пожалуйста и на меня тоже.
Она отправилась на кухню, а я зашёл в спальню, нырнул под кровать, в свой тайник, вытащил деньги, отсчитал двести тысяч и зашёл на кухню. Алиса пыталась разобраться, где у меня что.
— Иди, Алис, разложи на столе в моей комнате, а я пока кофе доделаю.
Она взяла деньги и ушла, а я сварил кофе, разлил по чашкам и, наполняя квартиру запахом свеже заваренных зёрен понёс их в гостиную. Алиса выкладывала пасьянс из красненьких купюр.
— Давай свой телефон, — скомандовал я. — Будем фотать.
— На мой? — удивилась она.