— Могу я взять твою комнату? — засмеялся Колт.
— Ах, вы двое такие идеальные, — фыркнула Хоуп.
— Именно, — сказал Кэм с ухмылкой, сложив руки за головой. — На этой неделе я был хорошим мальчиком.
— Сегодня понедельник, — воскликнула Хоуп с раздражением. — И день еще только начался.
Дверь на кухню открылась внутрь, и я почувствовала, как атмосфера в комнате изменилась — потрескивание электричества.
Мое тело насторожилось.
Сердце колотилось в груди.
Кайл Картер — любовь всей моей жизни, отец моей армии монстров — стоял в дверях, его присутствие жгло меня, проницательные голубые глаза искали меня. Он выглядел сногсшибательно в рабочей одежде — белая рубашка, небрежно повязанный синий галстук, черные брюки. Когда его глаза встретили мои, он медленно улыбнулся, хищной улыбкой, полной плотских обещаний. — Привет, малыш, — прорычал он, его глубокий хриплый голос пробежал мурашками по спине.
Я застыла, глаза не отрывались от мужа, изучая каждый дюйм его прекрасного тела с головы до ног. Он сделал шаг ко мне, и все мышцы ниже пупка напряглись в предвкушении.
Мой взгляд скользнул по нему без стеснения, останавливаясь на неровном, изрезанном шраме на правой стороне шеи — он выделялся на фоне его безупречного тела.
Кэм громко прочистил горло. — Так вы будете пялиться друг на друга всю ночь или как? — Кайл устремил взгляд на Кэм, тот поднял руки в знак капитуляции. — Просто говорю… Ладно.
— Ты, — прорычал Кайл, указывая пальцем на Кэм. — Убери ноги с маминого стола. — Ноги Кэма мгновенно оказались на полу.
— Ты, — продолжил Кайл, указывая на Колта. — Немедленно позвони дочери соседей и извинись. Колт открыл рот, чтобы возразить, но быстро закрыл его, увидев строгий взгляд Кайла. — Не заставляй меня говорить маме, что ты сделал, Колт.
— Что он сделал? — нервно спросила я.
— Какая дочь? — усмехнулся Кэм, слегка толкнув Колта локтем.
— Обе, — ответил Кайл, не пропуская ни слова.
— Колтон, — я вздохнула в отчаянии.
— Ладно, — пробурчал Колт, скользнув со стула и направляясь к двери на кухню, обернувшись в последний момент. — А если ее папа поднимет трубку? — спросил он нервно.
— Надеюсь, что да, — сказал Кайл с ухмылкой, направляясь ко мне, останавливаясь, чтобы ласково взъерошить волосы Логану. — Чувствуешь себя лучше, малыш? — спросил он Логана заметно мягче.
— Потихоньку, папа, — ответил Логан, бессмысленно теребя живот. Я содрогнулась от чувства вины.
Логан только оправлялся после пищевого отравления. От меня. Я чуть не отравила младшего сына. Чуть не сожрала его злой партией печенья. Я была ужасной матерью.
Кайл ухмыльнулся мне, прежде чем шепнуть что-то Логану на ухо, и оба тихо рассмеялись, после чего сосредоточил внимание на нашей дочери.
— А теперь ты, — прорычал он, скрестив руки на груди и глядя вниз на Хоуп. — Дерек звонил мне. Тебе лучше объясниться. Быстро.
— Папа, это так несправедливо, — закричала Хоуп, вставая лицом к лицу с отцом, глаза ее сверкали вызовом. — Дядя Дерек психанул из-за пустяка. Он поймал нас, когда мы целовались в комнате Джордана. Ну и что? Мы влюблены, папа. Вот что делают люди, когда любят. Целуются. Он меня любит. Он собирается меня поцеловать. Может, даже больше. Но угадай что, я не тупая, и он не тупой. Мама давала мне очень серьезный разговор много лет назад, так что, пожалуйста, успокойся.
— Он меня любит, — саркастично подхватил Кайл. — Черт возьми, Хоуп, — прорычал он, начиная ходить по комнате. — Он любит то, что под твоей одеждой, не видишь? — провел рукой по волосам и бессмысленно замахал ею. — Он слишком взрослый для тебя, — пробормотал он, явно раздраженный. — Что, черт возьми, делает двадцатипятилетний мужчина, нюхая вокруг восемнадцатилетней девушки?
— Папа? — вмешался Колт, прерывая напряженное молчание между Хоуп и Кайлом. — Есть что-то конкретное, что ты хочешь, чтобы я сказал?
— Не сейчас, Колт, — пробурчал Кайл, не отводя глаз от Хоуп. — Ты с ним не встречаешься, Хоуп. Запрещаю.
— Мне уже восемнадцать, папа, — ответила она резко. — Ты не можешь мне ничего запрещать.
— Эээ… папа? Она плачет и все такое, — пробормотал Колт.
Кайл закатил глаза и вздохнул. — Как насчет «извини, что был нечувствительным мудаком», и, вероятно, она в порядке, но через четыре недели позвонишь, чтобы убедиться.
Мои глаза вытаращились. — Колтон, — прошептала я, прикрывая рукой рот. — Скажи, что ты не сделал этого.
— Я не делал, — быстро пробормотал Колт и выскочил из комнаты.