— «Слишком людный и светлый»? А ты чего, гробы и трупы ожидала? – проговорил с усмешкой вампир, но, взглянув на Сидни и поняв, что именно это она ожидала, стал серьезнее. – Вдохновился одним мультфильмов в вашем мире, решил попробовать сделать подобное. Оказалось весьма прибыльно. И к тому я не очень люблю одиночество. Остаточные чувства не исчезают с годами.
— Остаточные чувства? Что это такое? – спросила Сидни.
— Ну, я же тоже когда-то был человеком, и у меня были чувства. Когда я стал вампиром, хоть я и умер, привычка чувствовать все равно осталось. Так и не прошла за девять сотен лет. Иногда мне… удавалось полностью отключить их, но… это всегда плохо заканчивалось. Из-за таких вот экспериментов в вашем мире меня представляют вечно злодеем. Злобным, мерзким убийцей. В периоды без чувств я да, вполне такой, но… с чувствами все совершенно не так. Я испытываю сожаление, порой грусть, веселюсь, скучаю, и даже когда-то любил, словно живой.
— Погоди, ты… известен в моем мире? – удивилась девушка, нахмурившись и скрестив руки на груди.
— Ах да, забыл… совсем забыл, – проговорил Драк, словно собирался сообщить девушке о смертельной болезни. – Я… как бы так помягче сказать… благодаря Стокеру, в вашем мире меня вроде считают прародителем вампиров. Прозаично. Мы познакомились, нашли общий язык, а он написал книгу, где выставил меня монстром, подарив приевшееся прозвище Дракула. Стоило убить его до публикации книги, но если бы я знал….
— То есть ты… тот самый… Дракула? – нервно усмехнувшись, уточнила девушка и обняла себя за плечи, словно стараясь защититься.
— Вот почему я не люблю знакомиться с новыми людьми. Всегда одна и та же реакция. Да, Сидней, я тот самый граф Влади́слав де Моравиа, к большому сожалению прозванный одним идиотом Дракулой. Близкий круг может называть меня Владом или Драком, кому как больше нравится.
— Ты не можешь быть Дракулой! – воскликнула девушка, не веря сказанным словам парня.
— Могу. И являюсь. Могла бы и сама догадаться. Странный вампир, являющийся предводителем всех других, самый старейший, которого еще и зовут Драк. Вполне очевидно.
— Но… как?! Я же… когда маленькая была… просто обожала тебя. Такой… злобный, обиженный на мир вампир, а ты… ты… такой! Почему?
— На твоем месте я бы радовался, что я такой. Тебе не понравится встретиться с тем, кем я могу быть, – тяжело выдохнув и злостно посмотрев на девушку, ответил вампир и развернулся, давая понять, что не желает продолжать этот разговор.
— Извини, если… если я сказала, что-то не то. Просто… для меня все это настолько сюрреалистично, что… и поверить сложно.
— Брось, Сидней, – злобно процедил парень. – Вы, людишки, всегда так поступаете. Вы слепо верите всему, что вам преподносят, а вот с правдой вечно проблемы. Вам она не нужна. Не столь интересна. А то, что мне теперь не отмыться от этого, малого кого волнует! Монстр, монстр, монстр… поверь, дорогая, в реальности все куда хуже, – Драк прикрыл глаза и протер их большим и указательным пальцами. – Мне… надо еще кое-что сделать, после чего смогу тобой нормально заняться. Никуда… не… лезь, – выдавил он, тяжело выдохнув.
Драк резко развернулся и мрачный и удрученный отправился в сторону лестниц. Сидни весьма хотелось остановить его и еще раз извиниться, но решила, что это будет лишнее. Она задела что-то личное, о чем парень пока что не готов был рассказать. Девушка решила дать ему время остыть.
Теперь Сидней была не опасна для общества, не бросалась ни на кого, потому вполне могла прогуляться по замку и изучить его. У нее было несколько свободных часов, а сидеть в одном месте не выглядело соблазнительным.
Глава 7.
Сидней решила выйти на улицу и насладиться свежим воздухом. В окно из спальни Драка она видела небольшой сад у замка, потому решила его оглядеть вблизи.
Воздух был свежим, немного морозным, разряженным, ведь дом легендарного вампира находился в горах. Виды открывались красивые, но только если находился на крыши замка, ибо с земли почти все закрывалось горными вершинами.
Девушка подошла к краю платформы, на которой располагался весь замок, посмотрела вниз. Расстояние до земли было весьма большим. К земле, окружив гору, от замка вела извилистая и не очень надежная тропинка. Спускаться вниз ей казалось весьма безрассудным и бесполезным, и она никак не понимала, как кто-то мог ей пользоваться, хотя у самого конца тропы отчетливо виднелся человеческий силуэт.