Сидней нахмурилась. Драк упоминал, что забыла «снова», значит она точно не была первой. Но вот… сколько было до нее девушек, ставших заложницами в вампирском замке?
— Конечно, нет! Но…
— Но ты не задумывалась о том, сколько раз Драк проворачивал это. Закон уже существует… чуть больше трех сотен лет. А он… он не из тех, кто быстро привыкает к переменам. Потому таких, как ты… было много. Но обычно подружки Драка по старше, из-за чего либо вампир, либо смерть. Тебе в силу возрастала дарована полумера.
— Я не… его подружка.
— Надеюсь, и не станешь. Иначе у меня точно не будет шансов, – рассмеявшись, проговорил Фрэнк.
Сидней снова покраснела. Хоть она и была немного обеспокоена тем фактом, что мужчина скрыл от нее свое нутро, все-таки он вызывал симпатию и внешностью, и харизмой. Потому внимание с его стороны было даже приятно. Но все же девушка решила быть с ним осторожней.
— Так… кто-то обещал что-нибудь рассказать о Канта́нте, – проговорила Сидни, придя в себя. – Полагаю, это честная плата за то, что я тебя спасла от детей.
— Если я все расскажу, то клыкастому будет нечем занять тебя на ближайшие полгода. Уверена, что хочешь слушать про Волшебный мир от меня?
— Драк занят, так что… да, пожалуй… хочу.
Мужчина поднялся с места и протянул ей руку. Сидней, не долго думая, вложила свою ладонь в его, удивившись, что она была теплой. Значит, Фрэнк точно не разделял ее пристрастие к крови, что немного поуспокоило тревогу девушки. Не спрашивая, он обернул рукой девушки свою и повел ее в сторону сада.
Глава 8.
Сидней из окна в спальне Драка заметила, что сад на заднем дворе был внушительных размеров. С земли он показался ей еще больше. Они прогулялись по саду, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Среди различных деревьев, которые цвели всевозможными цветами, и кустами, благоухающих свежестью и сладостью, скрывался даже небольшой фонтанчик из белого мрамора. В центре была фигура полуобнаженной женщины, склонившей голову вниз, словно роняя слезы. При этом она выглядела грациозно, царственно и даже слегка пугающе в своем образе. Голову увенчивала громоздкая корона, казавшаяся слишком большой для ее маленькой головы.
Сидни медленно подошла к краю фонтана и склонилась над водой. Часто ее огорчало, что вода быстро начинала зеленеть и дурно пахнуть, но этот фонтан был в идеально чистом состоянии, словно только утром его вычистили. Девушка удивленно обвела его взором. Она присела на край, ощущая холодный камень. Погода была весьма теплой, потому Сидни могла позволить себе освежиться легкими брызгами воды.
— Она похожа на древнегреческую богиню, – проговорила девушка, повернувшись к своему спутнику.
Фрэнк с недоверием смотрел край фонтана на наличие воды, пару раз провел по полированной поверхности рукой, после чего все-таки сел.
— Так и есть. Геката. Богиня магии, колдовства, луны… Граф решил, что ее статуя здесь будет весьма символична. Он хотел сначала сделать какого-то… демона. Кажется… Эмпуза или как-то так. Но все-таки красивая женщина одержала верх над рогатой.
— Но в целом… в Канта́нте ведь нет религии, верно? И своих богов тоже нет?
— Они здесь сами почти боги, – усмехнулся Фрэнк, опустив руку в хрустально чистую воду. – Не хуже крутят человеческими жизнями. И мнят себя весьма великими. А так… им это без надобности. Канта́нту создали повелители времени, это всем известно, а возводить их… не слишком привлекательно.
— Повелители времени? – уточнила девушка, распахнув глаза. – Здесь… и такие есть? Они могут… путешествовать во времени, да?
Фрэнк рассмеялся. Сидни была сильно похожа на толпу маленьких детишек, которым он рассказывал о Но́ве, пока она его не спасла. Такая же восторженная. Такая же невинная и непосредственная.
— Могли, когда… когда были. Пару десятков лет назад, они исчезли. Темная история, если честно.
— Как странно. Пропавшие создатели мира. И никто… не задавался вопросом, что случилось?
— Все… немного сложнее, Сидней, не… не думаю, что я в праве говорить об этом. Да и не то, чтобы я много знал, ведь большую часть времени провожу в твоем мире. Так что с этим вопросом тебе лучше обратиться к Графу, когда он будет в хорошем расположении духа, – немного стушевавшись проговорил мужчина.