Взгляд Хейвен был опущен, когда в гостиную вошел доктор ДеМарко, следом за которым шагнула некомфортная напряженность. Ей казалось, что ее вот-вот стошнит, но она поборола это ощущение, сосредотачивая все свое внимание на пятне на полу.
– Кармин, не мог бы ты подняться в свою комнату? – спросил доктор ДеМарко. – Мне хотелось бы побеседовать с ней наедине.
Сердце Хейвен забилось сильнее, когда она начала теребить свои ногти. Она пыталась сохранять самообладание и продолжала смотреть в одну точку, когда Кармин поднялся на ноги. Обойдя диван, доктор ДеМарко присел на корточки прямо перед ней, блокируя ей обзор. Ее взгляд опустился на нитку на его рубашке, она просто не могла посмотреть ему в глаза.
Он поднял руку. Она отшатнулась, отодвигаясь от него настолько далеко, насколько это было возможно. Она обвила свою грудь руками, и он на мгновение замер, после чего опустил свою руку на ее колено. В ней снова начала подниматься тошнота, и она прикусила губу для того, чтобы удержать ее внутри.
– Тебе следовало бы передохнуть несколько дней, – сказал он, проводя по внешней стороне ее коленной чашечки и сжимая ее.
Она вздрогнула.
– Я в порядке, сэр.
– У тебя воспаление бурсы. Это происходит тогда, когда небольшое пространство, находящееся чуть выше коленных чашечек, заполняется жидкостью. Тебе необходимо отдохнуть и приложить к коленям лед для того, чтобы отеки прошли, но некоторое время колени будут болеть. Понимаешь?
– Да, сэр.
– Кстати, я получил результаты твоего осмотра. Ты на удивление здорова, если не считать того, что у тебя недостаточная масса тела.
– Хорошо.
Он отпустил ее колено, но не поднялся. Ей было некомфортно, потому что он смотрел на нее, и больше всего она желала того, чтобы он ушел.
– Посмотри на меня, пожалуйста, – сказал он, спустя мгновение, уже более мягким голосом.
Она подняла на него глаза. В его взгляде читалось сочувствие, от которого ее затошнило еще больше. Она знала, что ей не следовало этого делать, но все же снова отвела взгляд.
– Ты знаешь, что такое GPS-чип?
Она покачала головой.
– Это отслеживающее устройство. Порой оно может быть таким же маленьким, как и зернышко риса. В моей машине имеется такой чип. Если кто-нибудь угонит ее, я легко смогу узнать ее местоположение. Это мера безопасности, благодаря которой никто не сможет забрать то, что принадлежит мне, – он сделал паузу. – То же самое касается и тебя, дитя. У тебя тоже имеется такой чип.
Услышав эти слова, Хейвен снова посмотрела ему в глаза.
– Они выследили тебя в Блэкберне с помощью охотничьих собак, но у меня не было в распоряжении подобного варианта. Я сделал тебе инъекцию в первый день, в подвале. Я ввел чип под твою кожу, поэтому я всегда смогу тебя найти, что бы ни произошло. Вот как я вчера узнал о том, куда ты убежала.
Она не могла говорить, боясь того, что лишится самообладания, если откроет рот. Это сбивало ее с толку, поскольку она никогда так не реагировала даже на хозяина Майкла. Она многого натерпелась от него, и ей все равно удавалось держаться, но за один вечер доктору ДеМарко удалось разрушить какую-то ее часть, даже не поднимая на нее руки.
Поднявшись, он вышел из гостиной, пока Хейвен продолжала сидеть на диване, пытаясь найти в себе силы для того, чтобы встать.
Остальная часть ночи пролетела незаметно. Дом был погружен в тишину, когда Хейвен на следующее утро заставила себя выбраться из постели. Прихрамывая, она преодолевала боль. Ей было очень знакомо это чувство. Боль напоминала ей о том, кем она была, каждый приступ боли и пульсация напоминали ей о том, что она все еще была жива. Она все еще была жива.
Впервые с тех пор, как Хейвен появилась в доме доктора ДеМарко, что-то показалось ей знакомым.
Глава 10
В Дуранте наступила осенняя пора, погода изменилась, привнося в город свои изменения. Густая зелень исчезла, уступив место насыщенным, теплым оттенкам, которые были рассредоточены среди высоких сосен. Листья опадали на землю, собираясь в кучки, и покрывая ее словно живым одеялом.
С приходом осени в город пришло и то, чем он обычно наслаждался – чествование выпускников, вечер встреч. Это была та самая неделя, когда все на время отодвигали в сторону свои личные жизни и объединялись вместе для того, чтобы продемонстрировать свою принадлежность обществу. Это празднование было настоящей феерией с тематическими днями и собраниями, парадом и торжеством. Апогеем этой недели были танцы, проходившие в субботний вечер, который всю неделю ужасал Кармина.