— Илья, — громогласно произнесла Марья.
— Хочешь драться с нами, Марья, так давай! Да только ребенка впутывать в странные делишки я не стану. И за век она Кощея не сразит.
— Так Дед Мороз у Кощея? — удивился гоблин и озадаченно глянул на Снегурочку, девочка же сделала шаг назад и как бы закрылась ладонью ото всех.
Когда сама Марья в первый раз услышала план старика-пьяницы, то тоже подумала, что он свихнулся и захотел невозможного, поэтому сомнения остальных ей были понятны.
— Значит так, — Марья воткнула меч в землю. — Слушать всем! Я — Марья Моревна, одна из шести царевен Вечного Царствия. Мне не интересна власть в сем мире. Но коли появится несправедливость, то обиженный может рассчитывать на мой меч. Дед Мороз уже сейчас или вскоре окажется в заточении у Кощея Бессмертного. Сражаться за непонятного мне старика я не намерена. Но если Снегурочка меня попросит обучить ее искусству ведения боя, то я отказываться не буду. Так и знайте. Кто со мной не согласен, может испытать силу своей правоты на мечах. Или пусть молчит вовек.
— Ей и за тысячу лет тренировок не победить Кощея, — повторил Илья и продолжал недовольно смотреть на Марью.
— Дык че б те прост не помочь нам вызволить деда… — пожал плечами гоблин. — Тут богатырь дело говрит. Не победить Снегурочке Кощея-то.
— А что ты думаешь сама, царевна, — Марья выжидательно смотрела на девочку, руки которой слегка подрагивали. Тонкая, как осина, она стояла среди сброда и казалось лишней, будто бы случайно попала в эту компанию.
— Я согласна, — произнесла царевна твердо.
— Не глупи же ты! — воскликнул Илья. — Только гибель ждет тебя в том замке. Не иначе.
— Я спасу дедушку. Кроме него нет у меня никого в целом свете.
— Тьфу ты, — Илья сплюнул себе под ноги и достал меч. — Коли так, то лучше уж сейчас помри. Ждате неча.
Богатырь попер на хрупкую царевну, отпихнув выскочившего пред ним гоблина и послав куда подальше Добрыню с Алешей. Друзья пытались его остановить, но нрав у Ильи сильно крут. Он уверенно занес меч над Снегурочкой и опустил резко, со свистом. Но девочка отбила атаку, покрыв ледяной корочкой правую руку и использовав ее как щит. Везение?
Но вот богатырь попытал счастье еще раз: вновь взмахнул оружием, вены на руках вздулись, точно готовые лопнуть. Однако же стоило ему сделать шаг, как он резко свалился с ног — это Снегурочка заморозила под ним землю.
— Давно ли ты так хорошо овладела волшебством? — удивилась Марья.
— Малахитница показала суть, а дальше оно само.
— Ды пока шли от нечисти отбивались, — встрял гоблин, — пришлося быстро учиться.
Какая интересная. Скромничает. Будет с девчонки толк, поняла Марья. Не зря дед так верил в свою внучку. Он говорил, что она способная и быстро освоится в мире, потому что с самого детства привыкла выживать. Убедившись в этом, теперь Марья была абсолютно уверена в своем решении помочь Снегурочке выступить против Кощея. На победу рассчитывать не стоит, но задумка и не в том.
Пристыженный Илья отбросил меч и вернулся в землянку. Надо же весь день они продрыхли и ночь тоже будут спать? Совсем, конечно, Марья богатырей разбаловала…
— А вы двое че решили? — сурово спросила Марья.
— По сердцу скажу, — начал Добрыня, — не хочу я участвовать в этом, Марья…
— Посмотри на решимость в ее лице, она так и так пойдет драться. Так мож ты хоть меч ей выкуешь?
— Коли станет она бойцом достойным, я не откажу, — поклонился Добрыня. Пусть сам он здоровенный с твердыми мышцами, но сердцем мягок.
— А я помогу с тренировками! — встрепенулся младшенький Алешка.
«Вот и славно», — подумала Марья. Значит, свою силу духа Снегурочка должна показать Илье, остальные богатыри свыкнуться.
— Как рассветет начинаем тренировки. Будь готова и не ной, коли будет больно. Ты, Вано, тоже будешь тренироваться. Помощь Снегурочке пригодится.
Глава 17. Снегурочка
Чуть солнце коснулось земли, как Марья Моревна разбудила Снежу. И сделала это далеко не самым приятным способом: окатила ледяной водой. Зацепило и Вано, который спал на нижнем ярусе нар. Гоблин подскочил и смешно перепрыгивал с одной ноги на другую, танец его был похож на колдовской. А вот Снежа, когда слезла с кровати, крепко обняла себя, чтобы согреться и хотела накрыться сухими остатками соломы, да только Марья не позволила.