Пусть Григорий и не видел лица Василисы, но почувствовал, что она улыбается.
— Тогда слушай. Хочу, чтобы ты Деда Мороза отвез к Кощею в плен. Да там остался, пока Снегурочка не явится.
Он ожидал такого приказа, но лицо Григория все равно скривилось.
— В чем дело? — спросила Василиса. — Тебя что-то не устраивает?
— Нет, царевна. Я выполню все, чтобы ты мне ни поручила. Но больно уж… Настораживает меня этот дед. Как будто бы не мы ситуацией владеем, а он. И это он ждет, что мы повезем его к Кощею.
— Понимаю тебя, Григорий. И у меня есть четкое понимание, что мы пляшем под его дудку. Но это очень полезно быть сторонним наблюдателем, особенно когда ты не видишь полной картины, — по звуку Григорий понял, что Василиса поднялась с ложа.
— Вы думаете, что новоиспеченный Дед Мороз может знать нечто больше, чем вы? Я очень в этом сомневаюсь.
— Не всегда тот, кто дольше сидит на своем месте, разбирается в работе лучше. Свежий взгляд на ситуацию, случайно открывшаяся правда или попросту… — зашелестела одежда, — еще не утраченный вкус к жизни. Повернись, — приказала Василиса, Григорий ее послушался. Царевна накинула самый простой свой сарафан и принялась расчесывать волосы. — Ты никогда не задумывался, почему ты и я так долго живем? При этом Снегурочка с Дедом Морозом сменились… — она задумалась.
— На моей памяти это третья, — кивнул Григорий.
— А я уже и не вспомню… А Настенька? Вот тоже загадка, — бросила Василиса, а Григорий при упоминании Насти тяжело сглотнул. — Очевидно слабее Снегурочки во много раз, но почему-то живет очень давно. Да и скажи мне… Как могла проиграть Лебедушке прошлая Снегурочка?
— Всем известно, что царевна Лебедь обманула Снегурочку.
— Коварство, значит, — Василиса задумчиво отвела глаза. — Меня Настенька даже обманом не сможет убить. И не потому что она слишком слаба. Это я — слишком сильна. Понимаешь, Григорий? Лед замораживает воду. А прошлая Снегурочка хорошо управлялась со стужей. Даже когда ее Дед Мороз умер, она смогла в одиночку поддерживать зиму в Студеной долине.
— Я не понимаю, на что вы намекаете, царевна. Кто настолько могущественный, что мог помочь убить Снегурочку? Даже нескольких. И возможно ли это? Может, случайность.
— Если совпадения становятся закономерностью, то они начинают управлять миром.
— Вот в чем ваше настоящая цель, — понял Григорий. — Все это время вы не просто так хотели скормить Снегурочку Кощею. И тело прошлой, умирающей Снегурочки вы унесли дабы найти зацепки? Понять закономерность?
— Ты нравишься мне, Григорий, своим умом и внимательностью. Я более чем уверена, что Кощей не сможет сожрать Снегурочку. Более того, если он попытается, то произойдет что-то воистину удивительное.
— Царевна, при всем моем восхищении перед вами… — Григорий замялся, когда он находился рядом с Василисой, то всегда боялся сказать лишнего или произнести глупое слово, поэтому он старался побольше молчать. Но с другой стороны, как же он сможет укладывать ее в постель, если не будет показывать своего ума. — Лебедушка ведь вкусила плоть Снегурочки, когда убила ее. И ничего не произошло.
— Мы не знаем, что произошло, — поправила его Василиса. — Я не близка с этой птичкой, поэтому для меня и неведомы изменения, которые с ней случилось. Впрочем, я не знаю никого в Вечном Царствии, кто был бы близок с ней. Но Кощей — другое дело. Я сразу узнаю, что изменилось в нем. Достаточно мне будет лишь взглянуть. Он мой отец. И я знаю его даже больше, чем всю жизнь, — она присела на подоконник и скользнула по нему пальцем. Легкий и, казалось, невинный жест расстроенного ребенка. Такой Василису Григорий точно не видел. На секунду она показалась ему обыкновенной женщиной, которой нужно опереться на сильное мужское плечо. Впрочем, длилось это всего мгновение. Она стрельнула в несчастного Григория своими зелеными хищными глазами, и он тотчас перестал обманываться.
— Вы хотите, чтобы я стал вашими глазами в замке Кощея, — сказал Григорий и положил руку на сердце. — Сделаю все.
— Спасибо тебе, — мягко улыбнулась Василиса. — Не знаю, надолго ли задержится эта парочка? Новая Снегурочка из себя ничего особенного не представляет. Обыкновенная девочка. Возможно, инстинкт выживания у нее развит посильнее предыдущих. Да и только. А вот Дед Мороз… Таких интересных стариков в Царствии давно не было.
— Да ну. Пустил пыль в глаза, а все и заморочились, — в дверях появилась Настенька. Она стояла, уперевшись спиной в косяк и сложив руки на груди. — Обыкновенный алкаш. Поймал белку, несет чепуху, а все в нем Христа видят. Чушь.