Появление Настеньки выбило землю из-под ног Григория, и он чуть ли не упал — в последний момент успел ухватиться за стоящий рядом стул. Как она вообще посмела вот так бесцеремонно врываться в опочивальню Василисы и прерывать их разговор. Еще и не стесняется того, что подслушивала.
— Настенька, ты просто чудо, — Василиса рассмеялась. — Уж не знаю, что случилось у вас в поездке, но твоя внезапно открывшаяся смелость меня умиляет. Ну раз уж ты влезла. Говори, — игривые черти плясали в глазах Василисы. Казалось, что она находится в настоящем экстазе от происходящего.
— Он притворяется каким-то особенным и всезнающим. Просто несет ерунду, а все вокруг ищут в его словах потаенный смысл. Он жешь прост чекушку выпрашивает.
— Да, продолжай-продолжай, — Василиса поднялась и подошла к Григорию. Невзначай она положила руки и голову на его плечо и скользнула одной ладошкой ему под рубаху. Он остолбенел.
Все находящиеся в комнате понимали, что происходит. Догадавшись о чувствах Насти к Григорию и о его собственной симпатии к Василисе, та решила немного поиграть. Каждый в Вечном Царствии знал: Василиса Премудрая обожала доставать самое потаенное в человеке. Сейчас она вытягивала из Настеньки ревность, граничащую с яростью.
И пусть Григорий все осознавал, но не мог ничего поделать. Ему не хотелось причинять Настеньке боль, но аромат апельсинов в меду, исходящий от Василисы, сработал как анестезия. В мутном подсознании всплыло земное воспоминание о белой постели и мерном звуке «тык-тык». Тогда он не мог противиться погружению в сон. И сейчас то же.
— Ой ля. Он жешь сдохнет от перевозбуждения, — бросила Настенька совершенно равнодушно, но взгляд отвела. — Короче, я че предлагаю, пошли меня с Григорием к Кощею.
— Тебя? — искренне удивилась Василиса.
— Со мной дед не забуянит и будет спокойно ждать прибытия Снегурочки вместе с милым сердцем пойлом. А там, глядишь, че расскажет интересного под этим делом. Всяко полезнее будет.
— Ты просишь меня отпустить тебя в замок к Кощею? Просто поразительно, — снова рассмеялась Василиса.
— Да вы мне уже все вот где! — Настенька приставила ладонь к горлу. — Не выношу эти стены. Но я не дура, царевна. Я знаю, что без тебя погибну. Так дай мне хоть, пока есть такая возможность, воздухом подышать.
— И даже Кощея не боишься?
— Сдохну, да и хер бы с ним, — махнула рукой Настенька.
— Ну прелесть, — Василиса широко улыбнулась. — Хорошо, буду ждать от тебя подробнейшего рассказа. Сама убью коли с пустыми руками вернешься.
— Стойте! — Григорий наконец очнулся. Он схватил Василису за запястье той руки, что уже совсем глубоко забралась под его рубаху, и убрал от себя как можно дальше. — Так нельзя. Она ведь и вправду может погибнуть.
— А ты защитник каждой обездоленной сиротки? — усмехнулась царевна.
Никогда еще он не противился воле Василисы. Но теперь на кону стояла жизнь Настеньки. Что в голове у этой девчонки? Она действительно хочет погибнуть? Григорий не знал ответов, но ни за что бы не позволил Насте пожертвовать собой… Да и ради чего… Просто ерунда какая-то.
— Приказы хозяйки исполнять раз-два! — скомандовала Настенька. — Пошла готовить деда. Че-т подсказывает мне, что он пьяный где-нить валяется.
И Настенька исчезла.
— Нельзя так, — покачал головой Григорий, на душе не то что кошки — там медведи скреблись.
— Нельзя оберегать ее от всего на свете. Ей пора повзрослеть. Пускай приглядит за дедом. Тем более что остался один вопрос, который мне все еще не дает покоя, и я бы хотела, чтобы ты им занялся. Только для начала отпусти мою руку.
Оказывается, Григорий все еще держал запястье Василисы. Он судорожно разжал пальцы и отступил назад, задев стул. Тот пошатнулся и с грохотом упал.
— Ну-ну, крушить ничего не надо. Или так ты проявляешь недовольство моим решением? — она кокетливо положила руку на бедро.
— Нет что вы… я… — Григорий замялся на секунду. Неожиданно для него самого в груди разгорелось пламя смелости. Настя может распоряжаться судьбой, как ей заблагорассудится. Если угодно, то пусть и в пропасть прыгает. Не его то дело. Пора бы ему уже собственным положением заняться. Уж оберегать какую-то там дуреху в его планы не входило. — Василиса. Я выполню все. А вы… Выходите за меня, — выпалил он.
Царевна оторопела. Убрала руку с бедра и подняла ее к губам, словно, смущаясь, пыталась скрыться от мужчины. Такой девичий жест удивил Григория. И сама Василиса Премудрая может быть обычной девчонкой.